-- Ну, ну, -- сказал молодой человек примирительным тоном, -- зачем принимать сейчас же в дурную сторону два-три слова, сказанных в шутку. Я пришел сюда не затем, чтобы дурачиться.
Столяр пожал плечами и сейчас же ответил:
-- Вам лучше знать, затем вы сюда пришли. Мне мало до этого дела.
-- Разумеется! Я пришел сюда, чтобы переговорить с господином Минсом де Фонбарре об одном важном деле, и меня удивляет, что никто еще не поднялся с постели, а уже семь часов.
-- Зато вы сегодня, кажется, раненько поднялись, потому что, судя по вашему странному костюму, вы провели ночь в маскараде.
Говоря это, столяр насмешливо обозревал с головы до ног стоявшего перед ним молодого человека.
И в самом деле, на нем было странное одеяние. Он точно нарочно выбрал его, чтобы обратить на себя внимание. На нем был черный фрак, широкие турецкие шаровары и турецкий камзол; с правого плеча небрежно спускался в многочисленных складках плащ такой широкий, что в него можно было закутаться всему человеку; а кудрявую голову украшала или скорее безобразила калабрийская шляпа с какими-то шишками. Лицо было как-то расписано, и в то же время на лбу виднелись остатки пепла, посыпанного священником [ Действие происходит в Пепельную среду -- начало Великого поста в западном христианстве. В этот день верующим с помощью освященного пепла наносится на лоб знак креста (Здесь и далее прим. изд.) ].
-- Вы отчасти правы, мастер Альмарик, -- возразил Дю-бур. -- Я был на балу в "Золотой акуле", но исполнил и долг христианина.
-- Что вы хотите этим сказать? -- спросил столяр.
-- Только то, что я был и в церкви, -- отвечал молодой человек.