Все теперь зависѣло отъ согласія матери. Она долго не давала его, но, наконецъ, позволила сыновьямъ сопровождать своего отца. Шадрачъ очень обрадовался этому: до сихъ поръ Господь охранялъ его и онъ горячо благодарилъ Его: Богъ не оставляетъ тѣхъ, которые вѣрятъ въ Него.

Все состояніе Джолиффа было вложено въ это предпріятіе. Запасъ лавки былъ уменьшенъ до крайности, только чтобы поддержать скудное существованіе Жанны во время ихъ отсутствія, которое должно было продолжиться столько времени, сколько его обыкновенно требуется для торговаго плаванія въ Ньюфаундлендъ. Какъ она перенесетъ это грустное время, она не знала, потому что до сихъ поръ сыновья всегда были съ нею; но она старалась не падать духомъ.

Судно было нагружено сапогами и башмаками, готовыми костюмами, рыболовными снарядами, масломъ, сыромъ, снастями, парусиной и т. п.; оно должно было привезти масло, мѣхъ, шкуры, рыбу, бруснику и все, что попадетъ подъ руку. Кромѣ этого предвидѣлась торговля съ промежуточными портами между Гавенпулемъ и Ньюфаундлендомъ, что обѣщало доставить большой барышъ.

III.

Бригъ отчалилъ весною въ одинъ изъ понедѣльниковъ утромъ, но Жанна не была при его отплытіи, такъ какъ для нея было бы невыносимо присутствовать при исполненіи того, чему она была главной причиной. Зная это, Шадрачъ сказалъ ей наканунѣ, что они отчалятъ до полдня, такъ что, когда она проснулась на другой день въ пять часовъ утра, и слышала ихъ суету, то она не поторопилась сойти внизъ, стараясь подкрѣпить себя для разставанія, думая, что они уйдутъ часовъ въ девять, какъ это было въ прошлое плаваніе мужа. Сойдя внизъ, она увидѣла надпись, сдѣланную мѣломъ на покатой сторонѣ конторки, но ни мужа, ни сыновей не было видно. Въ поспѣшно нацарапанныхъ строкахъ Шадрачъ объяснилъ, что они уѣхали такъ рано для того, чтобы избавить ее отъ тяжелаго прощанія, а сыновья написали подъ его словами: "прощай, мама".

Она бросилась къ пристани и смотрѣла въ даль, но ничего не могла увидѣть, кромѣ мачтъ и выгнутыхъ парусовъ судна, человѣческихъ фигуръ не было видно.

-- Это я ихъ послала, -- сказала она въ отчаяніи и разразилась слезами.

Дома написанное слово "прощай" разрывало ея сердце. Но когда она вошла въ первую комнату и посмотрѣла на домъ Эмиліи, то на ея худомъ лицѣ показался восторгъ предвкушаемаго освобожденія отъ рабскаго подчиненія.

Отдавая справедливость Эмиліи, надо замѣтить, что сознаніе ея превосходства было вымысломъ со стороны Жанны. Положеніе жены купца было гораздо лучше Жанны, этого Эмилія не могла скрыть, хотя, когда бы онѣ не встрѣчались, что было теперь не очень часто, Эмилія всячески старалась не показывать разницы въ ихъ средствахъ.

-----