При всемъ томъ никто и никогда еще не видалъ его протягивающимъ руку -- почему другіе нищіе и величали его саркастически " Signor mendico".
Однажды, закрытая вуалью женщина вошла въ каморку Сиккіо и положила на столъ кошелекъ, полный золотомъ, сказавъ старику повелительнымъ голосомъ:
-- Эти деньги помогутъ вамъ обоимъ облегчить свое положеніе. Вы меня не знаете; но еслибъ вамъ и удалось узнать, кто я, не говорите Муціо, отъ кого явилась эта помощь...
И не дожидаясь отвѣта, скрылась.
XV.
Палаццо Корсини.
"Рыбка сама наклевывается", подумалъ развращенный прелатъ, потирая руки при видѣ трехъ вошедшихъ къ нему женщинъ. "Провидѣніе (вотъ какой смыслъ придаютъ подобные люди идее провидѣнія) на этотъ разъ", продолжалъ онъ разсуждать самъ съ собою: "служитъ мнѣ лучше всѣхъ негодныхъ моихъ наемщиковъ".
Думая такъ, онъ бросалъ время отъ времени плотоядные взгляды на прекрасную дѣвушку, погубить которую составляло его страстное желаніе.
-- Гдѣ ваша просьба? спросилъ онъ сухо просительницъ, съ такимъ видомъ, какъ будто ему только изъ этой просьбы придется узнать, съ кѣмъ онъ имѣетъ дѣло и по какому поводу, хотя онъ узналъ своихъ посѣтительницъ при самомъ ихъ входѣ.
-- Что же, подадите ли вы мнѣ наконецъ вашу просьбу? повторилъ онъ снова, замѣтивъ что послѣ его перваго вопроса женщины молчали, какъ убитыя. Тогда Аврелія выдвинулась впередъ и подала ему бумагу.