Но и тѣхъ, вѣроятно, если бы увидѣлъ, тоже возненавидѣлъ бы онъ.
Кстати объ этомъ героѣ.
Лицо это въ дѣйствительной жизни было однимъ изѣ бѣглецовъ подъ Тиренченомъ. Изъ техъ позорныхъ бѣглецовъ, въ которыхъ хотѣли стрѣлять и военноначальники и солдаты. А на этапѣ, когда пришли въ себя, вѣроятно, отъ угрызенія совѣсти они напилась и, впавъ въ другую крайность, обычную для такахъ натурь -- въ буйство, сдѣлала много позорнаго. "Въ семьѣ не безъ урода".
LXII.
Дневникъ во время войны.
1-го іюля.
Вчера вечеромъ пріѣхалъ въ Ляоянъ, а сегодня мы ѣдемъ въ горы на востокъ, на первый этапъ, въ Ляндансань -- резиденцію Сергѣя Ивановича.
Я давно не былъ уже въ полѣ, такъ сказать, на ногахъ, хотя бы и на лошадиныхъ.
Съ нами Сергѣй Ивановичъ. Опять ѣдеть на маленькой бѣлой дливной лошадкѣ. Отъ худобы ея хребетъ поднялся, ощетинился, съ вытянутой шеей она слегка напоминаетъ дракона, собирающагося улетѣть на небо. Выраженіе лица Сергѣя Ивановича какъ будто говорить:
-- Въ небо, такъ въ небо.