-- И тогда наше дѣло будетъ потеряно?
-- Напротивъ. Уходъ изъ Ляояна -- единственный выходъ, а при такихъ условіяхъ, если планъ удается, то и блестящій выходъ найденъ и, во всякомъ случаѣ, то, что необходимо дѣлать, уже будетъ сдѣлано, и главное -- во-время.
Головные обозы уже достигли Мукдена, и теперь передъ окнами нашего вагона дефилируютъ день и ночь тысячи арбъ, телѣгъ, вьючныхъ муловъ. Слышится непрерывный трескъ, грохотъ и громкій говоръ, нерѣдко переходящій и въ ругательства.
На вокзалѣ Сергѣй Ивановичъ позакомилъ меня съ молодымъ офицеромъ-артиллеристомъ Михаиломъ Михайловичемъ Юркевичемъ. Онъ принималъ участіе въ бояхъ подъ Сеньюченомъ 12-го, 13-го, 14-го, 15-го августа въ 3-мъ корпусѣ генерала Иванова и занималъ на самой высокой сопкѣ наблюдательный постъ, съ котораго сообщалъ о ходѣ сраженія генералу Иванову, который со штабомь расположился подъ этой сопкой.
Къ бою подготовелись идеально. Вся мѣстность была разбита на квадраты, и каждая сопка въ каждый данный моментъ могла быть обстрѣлена съ математической точностью. главная работа выпала на долю второй батареи 6-й бригады, 4-й батареи той же бригады и батареи полковника Покатило на лѣвомъ флангѣ, закрывавшемъ главный проходъ на Сюялиндзы. Командующій послѣ боя пріѣзжалъ благодарить войска и просилъ описать подробно этотъ бой, чтобы онъ сталъ достояніемъ всей арміи. Такимъ образомъ неудача подъ Тюренченомъ была смыта этимъ боемъ подъ Сеньюченомъ. Бой 18-го августа, гдѣ опять отличилась батарея Покатило и гдѣ онъ самъ былъ убитъ, была вторымъ славнымъ дѣломъ.
Сопка, на которой стоялъ М. М., была снабжена прекрасными трубами.
Интересный бой былъ тринадцатаго.
На нашемъ правомъ фдангѣ стоялъ 24-й полкъ, прославившійся 4-го іюля. При немъ -- первая батарея 3-й бригады. Они защищали главную дорогу на Сюялиндзы. На этой батареѣ 42 японскихъ орудія сконцентрировали свой огонь съ 11-ти до 5-ти часовъ дня. Этимъ предрѣшалась, очевидно, и атака въ этомъ мѣстѣ. но 1-я батарея, несмотря на убійственный огонь, продержалась до конца.
-- Послѣ каждаго выстрѣла нашей батареи я кричалъ внизъ: "живемъ!", и генералъ Ивановъ, все время напряженный и поглощенный боемъ, радостно кричалъ: "Спасибо! спасибо!". Около часу дня вижу у лѣска, противъ 24-го полка, японскія фигуры. Значитъ, собирается пѣхота. Въ два часа полурота японцевъ перебѣгаетъ рѣчку и исчезаетъ въ гаолянѣ. Я даю первой батарее сигналъ стрѣлять въ гаолянъ. Вижу, подходитъ къ рѣчкѣ японскй батальонъ. Сообщаю генералу Иванову, что, вѣроятно, предполагается атака на 24-й полкъ и пѣхота пераходитъ рѣку. На подкрѣпленіе полковнику Лечицкому посылаютъ войска. Подкрѣпленіе подходить въ тотъ моментъ, когда съ одной стороны атака началась, а съ другой отъ Лечицкаго прискакалъ нарочный съ просьбой о подкрѣпленіи. Атака японцевъ отбита съ громаднымъ для нихъ урономъ. Этимъ закончился день, а мы удержали всѣ наши позиціи. У насъ потери были ничтожны.
-- Съ вами еще кто-нибудь былъ на сопкѣ?