-- Пустое дѣло. Мы спрятались, скажемъ, не найдешь въ гаолянѣ, они не видятъ и валятъ. Куда, что -- неизвѣстно. Переводъ добра: офицеры и тѣ также считаютъ, что только, значить, для острастки.

-- Ну что жъ, выходитъ острастка?

-- Сперва выходило, а нынче привыкли: одна критика.

Опять пренебрежительный кивокъ.

-- Богъ дастъ, теперь пойдетъ дѣло. Намъ утромъ сегодня командующій сказалъ: "Братцы, знаю, что десятый день не спите, знаю, что по три дня не ѣдите. Знаю, цѣню высоко вашу заслугу и земнымь поклономъ прошу васъ: потрудятесь еще за Царя и родину". Плачемъ. Силъ нѣтъ, выбились до послѣдняго, а сказалъ, какъ перышки полетѣли, и усталости нѣтъ.

Солдатъ смахиваеть навернувшуюся вдругъ слезу и вздыхаетъ:

-- Да, будеть что вспомнить. И самъ командающій подъ огнемъ, и солдатики стараются. Не жалѣютъ себя. Главное, видять всѣ, что дѣло на серьезь вошло. Намъ только бы до Никоу, а тамъ имъ сразу жрать нечего будетъ.

-- Да... У японцовъ такъ. Идеть онъ колонной въ атаку, рядами. Первый рядъ, скажемъ, сдрейфилъ, бѣжать хочетъ: второй въ него же палить сейчасъ. Во второго -- третій. И такъ и держатъ другъ дружку въ оковкѣ: либо отъ чужихъ принимай смерть, либо отъ своихъ. Теперь и за нашихъ принялись, набалованы которые. Чуть бой, бѣжить съ позиціи,-- дескать, ротный тамъ посдалъ. "Куда послалъ?" и самъ не знаетъ. Ну, нынче шабашъ. Штукъ десять вмѣстѣ съ хунхузами отвели въ Мукденъ. На одну, значить, линію поставили и вдобавокъ разстрѣляютъ да въ деревню ейную отпишутъ, что такъ и такъ за бѣгство изъ сраженія. И принимайте, сроднички, конфузъ, смотрите добрымъ людямъ въ глаза, какого молодца выростили: съ хунхузами породнилъ.

Самыми тяжелыми были для насъ днями 28-е и 29-е, когда прорвали-было нашъ центръ, а лѣвый флангъ нашъ, перешедшій-было Тайдзыхе, возвратился назадъ въ Фушунь, сдѣлавъ переходъ въ 70 верстъ туда и назадъ. Но со вчерашняго дня мы опять перешли въ наступленіе и, хотя каждый нашъ шагъ буквально заливается кровью, мы все-таки идемъ впередъ. Говорятъ, что очень отличились вчера Епифаньевскій и Юхвовскій полки 6-го корпуса, отбивъ у японцевъ 12 орудій. Но зато и японцы отбили у насъ вчера 24 орудія. Говорятъ, что всего мы потеряли 48 орудій. Что до японцевъ, слухи разнорѣчивы: одни утверждаютъ, что они потеряли 12, другіе 18 орудій и пулеметъ. Сегодня уже слышу -- 30. То же, что и подъ Ляочномъ. Тогда всѣ дни боя производили извѣстіе, что взято 18, 46 и т. д. орудій.

Слышу, на платформѣ говоритъ какой-то офицеръ: