XI.
Байкалъ, 10-го мая.
Такъ и не пришлось спать эту ночь. Но всѣ бодры и веселы. Ѣдемъ въ поѣздѣ и дѣлимся послѣдними впечатлѣніями. Передъ нашими глазами все время долина Ангары и сама Ангара -- холодная, недоступная, чистая, какъ слеза. Она вся, какъ жемчужина, усыпана мелкими кусками бѣлаго льда.
А дальше за Ангарой -- туманная даль холмовъ, отроговъ и синева ихъ лѣсовъ,
Передаютъ подробности крушенія "Петропавловска".
Нѣсколько деталей, которыхъ раньше я не слыхалъ. Напримѣръ, такая. Въ моментъ взрыва великій князь стоялъ на лѣвой сторонѣ мостика. Съ нимъ стояли Макаровъ, Моласъ, Кобе. Инстинктивно великій князь бросился на правую сторону, перешагнувъ черезъ лежавшаго уже Моласа. Великій князь запомнилъ эту лежащую фигуру, спокойное лицо и кровь, которая текла съ виска. Онъ помнитъ, какъ спускался на рукахъ съ мостика, какъ на его глазахъ палуба, пока онъ еще хотѣлъ спрыгнуть на нее, уже стала погружаться, затѣмъ слѣдующій взрывъ, которымъ и обожгло и отбросило его такъ далеко въ море, что онъ очугился внѣ зоны водоворота, образовавшагося тамъ, гдѣ погрузился корабль; это и спасло его. Когда онъ выплылъ, "Петропавловска" уже не было. Онъ ухватился за какую-то деревянную крышку и сталъ кричать проходившему минокосцу. Его не узнали. Его и Яковлева подобралъ немного спустя катеръ другого миноносца. Онъ помнитъ, что первое его движеніе, когда его посадиди на катеръ -- было желаніе раздѣться. На доводы офицера онъ отвѣчалъ: "жарко". До пяти часовъ онъ былъ на ногахъ, но затѣмъ температура стала подниматься, и его уложили. Поврежденія въ общемъ незначительныя, но потрясеніе нравственное громадное.
Слѣды этого потрясенія чувствовались и въ дорогѣ: онъ точно уходить и, очевидно, опять и опять переживаетъ страшныя мгновенія.
Разсказываютъ о томъ, какой дикій ужасъ охватилъ людей, стоявшихъ въ двухстахъ саженяхъ на берегу. По словамъ одного очевидца, было ощущеніе чего-то общаго съ "Петропавловскомъ",-- всѣ пошли на дно, всѣ переживали этотъ дикій кошмаръ наяву, всѣхъ рвало на части и всѣ дико кричали отъ боли и ужаса, бѣжали и кричали. Великій князь Борисъ Владимировичъ, такъ крича, добѣжалъ до вокзала. Къ этому еще надо принять во вниманіе и всю ту взвинченную до послѣдней степени обстановку, которая создалась въ эти дни на "Петропавловскѣ". Нервная система адмирала, не спавшаго послѣднія ночи, была, говорятъ, напряжена до посдѣдней степени. Это тяжело отражалось на всѣхъ.
Говорятъ, что въ виду того, что броненосцамъ никогда на практикѣ пускать минъ не приходится, рѣшено не держать на нихъ впредь ни минъ ни такихъ взрывчатыхъ веществъ, какъ пироксилинъ, взрывающійся даже отъ детонаціи. Говорятъ, что старая система стрѣльбы изъ батарей по квадратамъ будетъ замѣнена новой системой -- сосредоточенной.
Система -- одного нашего полковника. Она заключается въ томъ, что всѣ батареи стрѣляютъ въ одну точку, съ достиженіемъ такого эффекта, чтобы всѣ снаряды прилетали въ ту же точку одновременно. Видѣвшіе опыть говорятъ, что эффектъ отъ этого града изъ ядеръ и бомбь -- непередаваемый. Корабль, на которомъ сосредоточится такой общій залпъ, обреченъ на неминуемую гибель.