-- К вам пойду.
-- Серьезно говорите?
-- Конечно, серьезно.
-- Я буду счастлив.
-- А меня возьмете? -- спросил Дубровин.
-- И вы? С наслаждением. А вы? -- обратился он к Денисову.
-- Нет, я больной человек, на линию нельзя мне.
Стали строить планы близкого будущего. Выходило очень хорошо.
-- Только Елька не пустит,-- сказал вдруг Вельский упавшим голосом.
-- Почему не пустит? -- спросил Кольцов.