-- С кем же я останусь? -- вспыхнул Елецкий.
Через неделю Елецкий и Кольцов выехали в Петербург.
Доклад сошел благополучно и, сверх ожидания, был встречен очень милостиво. Радиус сто пятьдесят, излюбленное детище Кольцова, пришелся как нельзя кстати.
В Петербурге в высших служебных сферах уже был возбужден вопрос об уменьшении радиуса.
На замечание председателя Временного управления, что жаль, что не употреблен при изысканиях радиус сто пятьдесят, Елецкий с достоинством ответил:
-- Я привез вариант с радиусом сто пятьдесят.
Передавая Кольцову об этом, Елецкий сказал:
-- Вот и толкуйте с ними. В прошлом году на заседании мое предложение насчет радиуса было единогласно отвергнуто, а в этом году они готовы меня же упрекнуть, зачем не ввел его.
И, помолчав, Елецкий пренебрежительно бросил:
-- Флюгера!