Петр Федорович объяснил свое положение.
-- Ну, вот видите,-- сказал выслушав редактор,-- вы сами признаете исключительность вашего положения. Вам и простительно с исключительной точки зрения смотреть на вопрос. А вопрос большой, и с одной стороны на него никак не взглянешь... "Община, мир,-- как говорится у вас,-- велик человек", и об этом великом человеке мечтают народы, до которых куда нам. Что и есть у нас хорошего, так это община, а вам она как раз и не нравится, вам...
-- А что ж хорошего в миру?
-- Как что хорошего? Что есть хорошего -- все там...
-- Не знаю... Взятки там, неволя, петлями опутанное стадо. Ленивый за кончик не потянет, куда ему только надо,-- связанное стадо, на котором лежи и спи... невежество, из которого и не вылезешь...
-- Вы вылезли?..
-- Я-то вылез, да вот только, простите, кровью кашляю...
-- Кашляют и у нас кровью: вчера только одного похоронили... Вот видите, черной полоской обведена статья -- некролог...
-- Так, как... Родился я вот в деревне, а что-то не приметил вот, как вы говорите, хорошего ничего в миру. По-моему, от его власти даже хуже, как от барской было... Уж об житье и говорить не станем -- ни хлеба, ни скотины, ни денег не стало...
-- Этому другие причины.