В этот момент, что-то красное и горячее пахнуло в лицо лейтенанту и больно ударило по ногам... Владимир почувствовал, что палуба под ним расходится, и он летит в черную пропасть. Но, падая, он слышал, как сквозь сон, характерный треск столкнувшейся стали... хруст... чьи-то непонятные проклятия...
* * *
Очнулся лейтенант, несколько дней спустя, в морском госпитале... Он лежал с перебитыми, неприятельским снарядом, ногами, весь обожженный, забинтованный. От дежурившего, около, врача, Мосолов узнал, что "Чуткий" все-таки лодку протаранил и та затонула, долго пуская на поверхность, после себя, масляные пятна... Узнал также, что его сняли с мостика без сознания, на второй, подоспевший миноносец, и отвезли в Ревель. Лейтенант был ранен осколками, а самим снарядом убило сигнальщика и ранило двух рулевых...
Надежда Федоровна была уже тут, в соседней комнате. Она страшно волновалась, что муж не приходить в себя... Но вот, пришли и сказали, что лейтенант хочет ее видеть...
Они встретились...
Долго, молча, держали друг друга за руки и беззвучно плакали...
-- Надя!.. -- тихо сказал лейтенант. -- Вот мы с тобой и увиделись!.. Не ожидала, так скоро?..
Она наклонилась к мужу, трепещущая от страха и счастья...
-- Не надо... не надо... дорогой мой! Теперь все хорошо... Не надо вспоминать...
Они не говорили ни о себе, ни о пережитом... Все мрачное и скверное осталось позади и было теперь только сознание взаимной близости и вечной любви...