Валентин Петрович ерзал на стуле и лукаво подмигивал...
-- Конечно, устраивал!.. Грешен: всегда был дамским кавалером!..
После каждой такой беседы, Елпидифор долго не мог уснуть. Ложился на койку, стоявшую около телеграфного аппарата, закрывал глаза и думал о нарядном экспрессе, в котором когда-нибудь поедет он, Елпидифор, о генерал-адъютантах, его сопровождающих... и о "ней", у которой обязательно будет лорнетка...
III.
Как-то весной, в нескольких верстах от "Ухватовки" случился размыв пути... И, пока полотно исправляли, у разъезда останавливались все поезда... Остановился и экспресс.
Еще за несколько часов до его прихода, телеграфный аппарат яростно выстукивал циркулярные депеши для всей линии, и в каждой упоминалось об экспрессе...
Пришла телеграмма и частная: на имя пассажирки экспресса, графини Криницкой. В ней говорилось о внезапной болезни отца графини.
Сначала Елпидифор думал поручить Матвею доставку этой телеграммы. Но за час до прихода экспресса, телеграфист выдвинул из-под, кровати сундучок и вынул из него: флакон с одеколоном, фиксатуар и гуттаперчевый воротник. Долго мыл около кадки руки и лицо. Сидел перед зеркалом, вытирал лицо одеколоном, мазал волосы и брови фиксатуаром. Приоделся.
Наконец, подошел экспресс...
Был он весь залит огнями, словно жар-птица, прилетевшая из сказочной страны. Подкатили его к платформе два паровоза, новенькие, шаловливые, будто только что произведенные гусарские корнеты...