- Одевайся, забирай вещи и едем... живо! на старую квартиру, а вечером к Бергу.
- Нет, Миша.
Шацкий замолчал и устало задумался, смотря в окно. День подходил к концу; из окна виднелся освещенный парк; лучи солнца скользили по снегу, окрашивая его в розоватый отсвет. Что-то будто шевелило душу, звало куда-то. Точно сны детских дней, какие-то грезы светились в этом розовом снеге. Карташев вздохнул всей грудью.
- Ну, а твои дела как? - спросил он.
- Плохи, мой друг, - грустно ответил Шацкий, - если не пришлют мне денег, я впаду в нищету...
- Пришлют...
- Конечно... Ну, едешь? Нет? В таком случае прощай. Я чувствую, что задыхаюсь здесь...
Карташев с Верочкой проводили Шацкого.
- Что ж ты делаешь? - спрашивал уже весело Шацкий, пока Верочка отпирала дверь.
- Занимаюсь, читаю, слушаю музыку, разговариваю.