– Мой друг! честное слово – уважать не за что.

– Конечно… но вы даже не признаете, что я добрый человек.

– Я вижу злость, раздражение, вижу, если хочешь, сумасшедшего человека, вижу массу дурных задатков, но ничего доброго.

– Дядя, голубчик, – захохотал Карташев, – а полгода тому назад что вы говорили?

– Тогда так и было.

– Значит, через полгода я стал другим человеком?

– Что ж? это постоянно бывает.

– А не бывает так, что, когда поля засеют гнилыми семенами и бурьян начнет глушить их, говорят: не то сеяли? Ведь поле-то сеял не я.

– Да, ты святой: перед тобой только свечку зажечь… Экая же, ей-богу, подлость человеческой натуры!.. сам наделал гадостей и всех, всех обвиняет, кроме себя. Ей-богу, Тёма, в тебе нет даже гордости твоего рода.

– Ну, хорошо, гордость есть. Я согласен, что я круглый подлец: так отчего же вы мне не даете убраться к черту?