Н. Е. по возвращении передает впечатления. Кунжу снимался один и со всеми вместе, но двух жен не показал: старшая жена в имении, а другая не совсем здорова. Вечером он еще раз придет к нам.
П. Н. нашел нового проводника — он знает много рассказов, хорошо читает. Мы купили большую, в семи частях, корейскую повесть. Будем читать ее в дороге.
Новый проводник и толпа корейцев сидят в моей комнате, и я задаю разного рода вопросы.
Больше всего идет проверка прежних сведений.
Наш китайский переводчик, Василий Васильевич, ходил к своим.
— Хорошие люди?
— Все хунхузы (разбойники), — уныло сообщает В. В.
Он больше всех боится этих хунхузов и трепещет при мысли, что мы идем в самое их логовище — Пек-тусан.
Смерклось, и скоро раздались заунывные звуки — начальник идет. Когда пение неслось уже со двора, я вышел, мы пожали друг другу руки, и он пошел в комнату.
Мы усадили его на походном стуле и стали угощать икрой, ветчиной, сардинками, а главное — коньяком.