— Я дам ему лошадь.
Пришел старик.
— Он согласен.
Весь день прошел в переборке и переукладке вещей. Все, что можно, уничтожаем: ящики, оказавшиеся малопригодными вещи.
Так, например, десять фунтов песку сахарного — везли нетронутыми: раздать людям.
Патроны разобрали по рукам. Всего пуда три выбросили. Остальное до Пектусана.
Сегодня отдых, и мысли убегают далеко-далеко отсюда.
Тихо и медленно делается всякое дело. Потом оглянешься, и будет много, а пока в работе, лучше не думать о конце.
Я любуюсь и не могу налюбоваться корейцами: они толпятся во дворе, разбирают вьюки.
Сколько в них вежливости и воспитанности! Как обходительны они и между собою и с чужими, как деликатны! Ребятишки их полны любопытства и трогательной предупредительности. Я вынул папиросу, и один из них стремительно летит куда-то. Прибегает с головешкой — закурить.