Парень. Потому что вы достойны того, чтобы вас рисовали на открытках; а вы стоите здесь... у этой двери...
Башмачница. Ах, вот как!.. Я очень люблю открытки, особенно люблю получать их от кавалеров, когда те путешествуют... Парень. Ах, сапатерита, я весь горю!
Продолжают беседовать.
Башмачник (входит, но, увидев эту пару, пятится к двери). Со всеми-то она вступает в разговоры, да ещё в такое время! Сейчас соседи пойдут из церкви, что они скажут? Что скажут в клубе? Сейчас же начнут трепать моё имя!.. В каждом доме начнут перемывать мне косточки!.. (Башмачница смеётся.) Ах, боже мой! Нет, надо уходить! Хотел бы я сейчас послушать пономариху. А священники! Что скажут священники? Воображаю, что они будут говорить. (С унылым видом уходит.)
Парень. Как бы это сказать?.. Я люблю вас, я люблю тебя, как...
Башмачница. По правде сказать, когда ты говоришь эти слова, мне кажется, будто кто-то меня щекочет пером за ушами: "Я люблю тебя, я люблю вас..."
Парень. Сколько семян в подсолнухе?
Башмачница. А я почём знаю?
Парень. Столько же раз в минуту я вздыхаю по вас... по тебе. (Подходит ближе.)
Башмачница (резко). Стой смирно. Я слушаю тебя, потому что мне это нравится, но не больше, слышишь? И не воображай!