Он быстро забрался на указанное место, довольный, что избавляется от общества женщины, которую в эту минуту почти ненавидел. В своей безрассудной страсти к Кресси, он постоянно избегал мысли об ее родственниках; мать напомнила ему о них, и так живо, что сама страсть к Кресси почти прошла в нем; в эту минуту он был занят только дурацким, досадным и безусловно безнадежным положением, в какое попал. Горечь этой мысли и соображения о личной опасности до того поглощали его, что он надеялся на шальную пулю в этой путанице, которая бы выручила его и освободила от ответственности. Запертый в сарае с остервенелой старой бабой для беззаконной обороны сомнительных прав, с сознанием, что такая же сомнительная страсть вовлекла его в это и что ей это известно… да! Из такого положения могла его выручить только смерть! Если бы нужна была еще лишняя боль к его терзаниям, то только горькое убеждение, что Кресси не оценит его жертвы, и что, может быть, в эту самую минуту она хладнокровно радуется тому, что сама так дешево отделалась.
Вдруг он услышал выстрел и лошадиный топот. В щели сарая Форд мог видеть всю долину, расстилавшуюся перед сараем, и линию из. В то время как он глядел в щель, пять человек поспешно выскочили с левой стороны и побежали к сараю. Мак-Кинстри с своими сторонниками одновременно появились справа и поскакали им наперерез. Но всадники не успели проскакать расстояния, отделявшего их от сарая, и подоспели уже тогда, когда Гаррисоновская партия остановилась перед запертой и забаррикадированной дверью сарая.
Смущение их было встречено насмешливым хохотом партии Мак-Кинстри, хотя и она также была удивлена. Но в этот краткий момент Форд узнал в предводителе Гаррисонов хорошо знакомое лицо шерифа Туоломни. Только этого недоставало, чтобы довести до зенита несчастную звезду, преследовавшую его. Он пошел не только в беззаконные противники беззаконных же сил, но сопротивлялся самому закону. Он понял, в чем дело. Какая-нибудь дурацкая выдумка дяди Бена ускорила атаку!
Воюющие стороны уже держали наготове оружие, хотя сарай разделял обе партии. Но ловким фланговым обходом партия Мак-Кинстри обошла партию Гаррисонов и заняла позицию во фронте, прикрываясь высоким кустарником. Грозный залп заставил отряд Гаррисона, собиравшийся ломать дверь сарая, отступить за сарай. Наступила минутная пауза, и затем последовали переговоры…
— Ну! Чего же вы не ломаете дверь, негодяи? Она вас не съест!
— Он боится, что болт выстрелит.
Хохот партии Мак-Кинстри.
— Вылезай из высокой травы и покажи свое мурло, идиот эдакий!
— Он не может; растерял свой порох, собирает его по земле.
Оглушительный хохот партии Гаррисонов.