-- А ты, Гуго, тоже будешь писать на медаль?
-- Я? Куда мнѣ гоняться за славой! Устарѣлъ ужъ я...
-- Вздоръ!-- пылко перебилъ его Гвидо,-- если ты не пошлешь картины на выставку, я тоже отказываюсь, слышишь?
-- Ну, тамъ увидимъ. Много будетъ зависѣть отъ сюжета,-- только у меня ничего не выйдетъ.-- Съ этими словами Гуго ушелъ къ своей работѣ.
Гвидо задумался; Гуго вдохнулъ въ него смѣлую увѣренность въ свои силы. Онъ всегда мечталъ добиться славы, но не воображалъ, что можно однимъ могучимъ взмахомъ крыльевъ достичь ея; неужели Гуго правъ? Онъ такой серьезный человѣкъ, что, вѣроятно, говоритъ на основаніи твердаго убѣжденія! А какъ отнесется Эвелина къ его торжеству? Вѣдь тогда онъ, Гвидо Гвидотти, въ собственныхъ глазахъ будетъ имѣть право добиваться ея руки!..
У своего мольберта Гуго засталъ поджидавшую его нѣмецкую баронессу въ горячемъ препирательствѣ съ Беатрисой; у послѣдней видъ былъ разстроенный, въ глазахъ свѣтилось нетерпѣнье. Завидѣвъ Гуго, она попыталась было ускользнуть, но баронесса фонъ-Штурмъ удержала ее за руку.
-- Нѣтъ, нѣтъ! На очную ставку, миссъ Гэмлинъ! Синьоръ Вивальди, потрудитесь вы объяснить мнѣ: въ чемъ дѣло. Молодая особа эта утверждаетъ, что не можетъ продать мнѣ свою картину, а вчера была согласна!
-- Крайне сожалѣю, баронесса,-- заговорилъ Гуго оффиціальнымъ тономъ,-- что я вчера ввелъ васъ въ заблужденіе; оказывается, что миссъ Гэмлинъ не торопится сбыть свою картину.
-- Почему-же она сама вчера была иного мнѣнія?-- раздражительно спросила баронесса,-- охъ, ужъ эти мнѣ любительницы!-- Ни съ того, ни съ сего мѣняютъ намѣренія! Попомните мое слово, миссъ, съ вашими капризами прогадаете всегда и во всемъ!
Беатриса улыбнулась на эту дерзость, а Гуго взялся за кисть, въ видѣ тонкаго намека.