И был покой в душе моей
И неба луч мне был так светел.
Но я узнал, что все обман,
Любовь и вера изменила…
Я должен был все это видеть
И зарыдал, товарищ милый.
Затем он встал, подошел к столику старшего писаря Ванека и большими буквами написал на бумажке:
Настоящим честь имею покорнейше просить назначить меня батальонным горнистом.
Ходынский, телеграфист.
Разговор между капитаном Сагнером и Ванеком длился недолго. Капитан обратил внимание старшего писаря только на то, что вольноопределяющийся Марек будет находиться в одном вагоне со Швейком.