В десять часов открылись двери зала, и сиделка привела к моей постели несколько солидных людей.
— Это судебная комиссия, — сказал лежащий возле меня молодой человек.
— Какая комиссия? — спросил я с удивлением. — Зачем здесь судебная комиссия, и почему она идет прямо ко мне?
Их было пять человек. Сиделки расставили стулья вокруг моей постели, они уселись и вытащили из карманов какие-то записки. Самый старший из них, с прекрасной белой бородой и приятной улыбкой на красном от пьянства лице, сказал:
— Я старший следователь Краус. А теперь, господа, я думаю, мы можем начать. Находитесь ли вы в полном сознании?
Я думал, что он спрашивает своих соседей, и молчал.
— Послушайте, пан Ганзличек, — обратился ко мне следователь, — я вас спрашиваю, находитесь ли вы в полном сознании?
— Пока что — да.
— Так скажите нам, что вас побудило так поступить?
— Как поступить? Я ничего не знаю.