Но мистеръ Добсонъ не могъ отвѣчать на вопросительный поклонъ улыбкой согласія. Онъ разсѣянно вертѣлъ въ рукахъ билетъ, мрачно смотря на свертокъ, содержащій выбранную шаль.
-- Это тяжело для бѣднаго человѣка, который добываетъ каждую копейку въ потѣ лица, сказалъ онъ.-- Впрочемъ, чѣмъ тутъ поможешь? Возьмите назадъ вашу шаль; Лидзи обойдется покамѣстъ и плащемъ. А винныя ягоды для ребятишекъ, я имъ обѣщалъ... и возьму ихъ, но табакъ и другія вещи...
-- Я дамъ вамъ пять совереновъ за вашъ билетъ, мой милый, сказала миссъ Мэтти.-- Я полагаю, что тутъ есть какая-нибудь ошибка; я вѣдь одна изъ акціонеровъ, и навѣрно они увѣдомили бы меня, еслибъ дѣла не были въ порядкѣ.
Прикащикъ прошепталъ черезъ прилавокъ нѣсколько словъ миссъ Мэтти. Она взглянула на него съ недоумѣніемъ.
-- Можетъ-быть, сказала она:-- но я не имѣю притязанія знать толкъ въ дѣлахъ; я только знаю, что если банкъ обанкрутится и честные люди должны лишиться своихъ денегъ, потому-что принимали наши билеты... Я не ясно выражаю мою мысль, прибавила она, вдругъ примѣтивъ, что пустилась въ длинную рѣчь и что ее слушаютъ четверо:-- только я размѣняю на золото этотъ билетъ, если хотите, заключила она, обращаясь къ мызнику:-- и вы можете отнести шаль вашей женѣ. Только съ платьемъ мнѣ надо повременить нѣсколько дней, сказала она мнѣ: -- тогда, я не сомнѣваюсь, все разъяснится.
-- Но если разъяснится въ худую сторону? сказала я.
-- Ну, что жь? я только, значитъ, поступила честно, какъ акціонерка, отдавъ деньги этому доброму человѣку. Я совершенно понимаю это въ моихъ мысляхъ; но, вы знаете, я никогда не могу говорить такъ понятно, какъ другіе; вы должны отдать мнѣ вашъ билетъ, мистеръ Добсонъ, если хотите сдѣлать покупки на эти соверены.
Мызникъ посмотрѣлъ на нее съ безмолвной признательностью, не умѣя выразить ее словами, но попятился назадъ, комкая свой билетъ.
-- Мнѣ не хочется заставить другаго потерять вмѣсто себя, если надо потерять; только видите: пять фунтовъ -- деньги большія для человѣка семейнаго; а какъ вы говорите, можно побиться объ закладъ, что черезъ два-три дня билетъ будетъ приниматься по той же цѣнѣ, какъ золото...
-- Не надѣйтесь, мистриссъ, сказалъ прикащикъ.