Роджеръ явился съ визитомъ не далѣе, какъ на слѣдующій день. Молли была въ саду съ Уильямсомъ. Она выбирала мѣсто для новыхъ куртинокъ и обозначала каждую изъ нихъ маленькими колышками. Оторвавшись на минуту отъ занятія, чтобы взглянуть на общій видъ своего новаго, предполагаемаго цвѣтника, она приподняась съ земли и взоръ ея случайно упалъ на окно гостиной, гдѣ она увидѣла фигуру джентльмена, сидящаго спиной къ свѣту. Онъ наклонился впередъ, какъ-бы внимательно что-то слушая или самъ говоря. Молли немедленно узнала форму головы Роджера и быстро начала развязывать холщевой коричневый передникъ. Вытряхивая карманы, она сказала Уильямсу:
-- Теперь вы можете и безъ меня кончить. Вы знаете, гдѣ слѣдуетъ посадить яркіе цвѣты и какъ обвести ихъ зеленью, а также -- гдѣ должна находиться новая куртинка съ розами.
-- Не совсѣмъ, отвѣчалъ онъ.-- Но если вы, мисъ Молли, будете такъ добры и еще разъ мнѣ повторите ваши распоряженія, то я, можетъ быть, и запомню ихъ. Я, видите ли, старъ становлюсь и память мнѣ измѣняетъ, а между тѣмъ я не хотѣлъ бы надѣлать ошибокъ, особенно тамъ, гдѣ, я вижу, вы желали бы, чтобы я не отступалъ отъ вашихъ плановъ.
Молли остановилась. Она видѣла, что садовникъ дѣйствительно былъ озадаченъ и въ то же время хотѣлъ ей угодить. Она принялась снова ему объяснять, толковать и вколачивать въ землю колышки, пока морщины не разгладились на лицѣ старика и онъ сказалъ: -- вижу, вижу, мисъ Молли, и понимаю! Теперь у меня весь узоръ ясенъ въ головѣ.
Наконецъ, она могла оставить его и уйдти. Но, въ ту самую минуту, какъ она подходила къ садовой калиткѣ, изъ дому вышелъ Роджеръ. Это было настоящей наградой ей за ея терпѣніе: несравненно пріятнѣе оказывалась встрѣча съ нимъ наединѣ, хоть и на нѣсколько минутъ, чѣмъ въ стѣснительномъ присутствіи мистрисъ Гибсонъ и Цинціи.
-- Я только сейчасъ узналъ, гдѣ вы, Молли. Мистрисъ Гибсонъ говорила, что вы вышли, но не умѣла сказать, куда. На счастье для меня, я обернулся и увидѣлъ васъ.
-- Я видѣла васъ уже нѣсколько времени тому назадъ, но не могла оставить Уильямса. Онъ сегодня какъ-то особенно непонятливъ и никакъ не могъ сообразить, чего я хотѣла для новыхъ куртинокъ.
-- Это планъ у васъ въ рукахъ? Дайте взглянуть. А, я вижу: вы кое-что позаимствовали изъ нашего гамлейскаго сада. Мысль объ этой куртинкѣ изъ пунцовой герани, окаймленной темной зеленью, принадлежала матушкѣ.
Оба на минуту замолчали, потомъ Молди сказала:
-- Какъ здоровье сквайра? Я его съ тѣхъ поръ не видѣла.