-- Цинція, я при васъ не стану болѣе упоминать о немъ! Вы сами знаете, что говорите противъ собственнаго убѣжденія, только изъ противорѣчія мнѣ, потому что я хвалю его. Но вамъ не слѣдуетъ, даже въ шутку о немъ легкомысленно отзываться.
-- Въ гакомъ случаѣ не будемъ вовсе говорить о немъ. Я такъ удивилась, когда онъ началъ говорить... такъ... Цинція была очаровательна съ раскраснѣвшимся лицомъ, съ ямочками на щекахъ, съ блестящими глазами. Она на мгновеніе погрузилась въ воспоминаніе словъ и страстныхъ взглядовъ Роджера. Внезапно она увидѣла листъ съ ежевикой. Свѣжій и яркій, когда Молли только что принесла его домой, онъ теперь поблѣднѣлъ и увялъ. Молли тоже замѣтила это, и ей стало жаль бѣднаго, умирающаго листка.
-- Какая славная ежевика! Вы ее для меня собрали! воскликнула Цинція. Она сѣла и принялась ѣсть ягоды, бережно беря каждую изъ нихъ кончиками пальцевъ и роняя ее въ открытый ротъ, не касаясь до нея губами. Съѣвъ половину, она вдругъ остановилась.
-- Какъ бы мнѣ хотѣлось проводить его до Парижа! воскликнула она: но это было бы неприлично, я полагаю, хотя въ высшей степени пріятно. Помню, съ какой завистью я всегда смотрѣла въ Булони, и она съѣла еще одну ягодку:-- на англичанъ, отправлявшихся въ Парижъ! Мнѣ казалось, что въ Булони никто не останавливался, кромѣ скучныхъ и глупенькихъ пансіонерокъ.
-- Когда онъ будетъ тамъ? спросила Молли.
-- Въ среду, отвѣчала Цинція: -- я ему буду писать туда, то-есть, онъ навѣрное мнѣ оттуда напишетъ.
Молли внимательно занялась починкой платья и мало говорила. Цинція, хотя и сидѣла на мѣстѣ, показалась въ тревожномъ состояніи. Какъ сильно желала Молли, чтобъ она ушла и оставила ее одну!
-- А въ концѣ-концовъ, сказала Цинція, какъ-бы послѣ минутнаго размышленія: -- мы, можетъ быть, никогда не будемъ мужемъ и женой.
-- Къ чему вы это говорите? почти съ горечью произнесла Молли: -- вы не имѣете причинъ такъ думать, и я не понимаю, какъ вы только можете вынести подобную мысль!
-- О, возразила Цинція: -- вы не должны такъ серьёзно принимать мои слова. Я многое говорю безъ основанія; въ настоящую минуту мнѣ все кажется сномъ. Два года -- это такъ долго! Мало ли что можетъ случиться! Онъ, пожалуй, измѣнитъ свое намѣреніе, или я пожелаю прервать съ нимъ сношенія. Наконецъ, подвернется кто нибудь другой, кому я дамъ слово. А что бы вы сказали, Молли, въ послѣднемъ случаѣ? Что касается до смерти, то я отстраняю всякую мысль о ней. Но, повторяю: мало ли что можетъ случиться?