-- Ты дома, моя милая! Очень радъ тебя видѣть, сказалъ онъ, подходя къ ней и цалуя ее въ щеку.-- Но что это? Слезы? И онъ отъ всей души пожелалъ снова очутиться гдѣ нибудь въ другомъ мѣстѣ.
-- Да, сказала она, вставая и стараясь во что бы то ни стало возбудить участіе къ себѣ.-- Я возвратилась домой и разсказываю Цинціи, какъ леди Комноръ изъ-за нея была жестока ко мнѣ. Извѣстно ли вамъ, что она дала слово мистеру Престону выдти за него замужъ, а потомъ взяла его назадъ? Всѣ объ этомъ толкуютъ и слухи проникли даже въ Тоуэрсъ.
Глаза его мгновенно встрѣтились съ глазами Молли, и для него все стало ясно. Губы его невольно сложились для свистка и онъ съ трудомъ удержался отъ этого выраженія своихъ мыслей.
-- Цинція, сказалъ онъ очень серьёзно.
-- Что? тихо откликнулась она.
-- Правда ли это? Кое-что, немногое, впрочемъ, уже успѣло и до меня доидти. Но скандалъ принимаетъ размѣры, которые заставляютъ желать, чтобъ у васъ былъ покровитель, другъ, кому вы рѣшились бы открыть всю правду.
Цинція молчала; наконецъ, едва внятно произнесла:
-- Молли все знаетъ.
Серьёзный тонъ мистера Гибсона произвелъ также свое дѣйствіе и на его жену. Она смутилась и не осмѣлилась дать волю ревнивому чувству, овладѣвшему ею, когда она услышала, что Молли была открыта тайна, на счетъ которой она находилась въ невѣденіи. Мистеръ Гибсонъ отвѣчалъ Цинціи довольно сурово.
-- Да! Мнѣ извѣстно, что Молли все знала, а также и то, что ей за васъ пришлось выносить оскорбленія и упреки, Цинція. Болѣе она ничего не хотѣла сказать мнѣ.