-- Однако, что жь ты сказалъ?
-- Я далъ ей лучшій совѣтъ, какой только могъ прійдти мнѣ въ голову.
-- Совѣтъ! Тебѣ слѣдовало бы утѣшать ее. Бѣдная, маленькая Молли!
-- Я полагаю, хорошій совѣтъ есть лучшее утѣшеніе. Тише, вотъ она.
Къ ихъ удивленію Молли вошла, стараясь принять на себя свой обычный видъ. Она умылась и причесалась и дѣлала большія усилія, чтобъ удержать слезы и настроить голосъ на приличный ладъ. Она не хотѣла печалить мистрисъ Гамлей видомъ своего горя и, такимъ образомъ, сама того не замѣчая, уже начинала слѣдовать совѣту Роджера и думать о другихъ болѣе, чѣмъ о себѣ. Мистрисъ Гамлей не знала, благоразумно ли будетъ заговорить съ ней о только что слышанномъ отъ сына извѣстіи, но она такъ была заинтересована, что не выдержала и спросила:
-- Я слышала, моя милая, что вашъ отецъ собирается жениться? Могу я узнать, на комъ?
-- На мистрисъ Киркпатрикъ. Она, кажется, много лѣтъ тому назадъ, была гувернанткой у графини Комноръ. Она и теперь очень часто бываетъ у нихъ. Они зовутъ ее Клеръ, и повидимому, очень любятъ.-- Молли старалась выставить свою будущую мачиху въ наилучшемъ свѣтѣ.
-- Сколько мнѣ помнится, я о ней слышала. Такъ она ужь немолода? Это хорошо. И вдова также. Есть у нея семейство?
-- Одна дочь, кажется. Но я такъ мало о ней знаю!
Молли едва, едва не плакала.