Ехал мимо барин богатый на тройке, приказал кучеру остановиться и спрашивает: "Чего ты, дедушка, по траве на карачках ползаешь?" -- "Иголку ищу, батюшка: потерялась". -- "Ну, вот! Где уж иголку в высокой траве найти. Да ты откуда?" Рассказал старик и барину все, что с ним было.
Давай барин над стариком смеяться. "Вот так меняла! -- говорит. -- Тебе бы цыганом быть. Только как-то ты теперь домой покажешься: ведь съест тебя поедом твоя старуха за такую мену, все кочерги-ухваты об тебя обломает". -- "Нет, барин, моя старуха не такая. Ты погляди, как она еще мне обрадуется". -- "Нет, старик, об заклад побьюсь, что достанется тебе". Спорили-спорили, и поставил барин в заклад тысячу рублей, что побьет старуха старика за мену. _
Приехали к стариковой избе; барин в сенях остался, слушает, как-то старуха мужа встретит, а старик в избу вошел и говорит: "Здорово, жена!" -- "Здравствуй, родимый, здравствуй, голубчик! Стосковалась я, тебя поджидаючи". -- "А мне" жена, мешок золота царь пожаловал". -- "Ну, и то слава Богу; значит, теперь и мы с деньгами будем". -- "Только я золото-то тащил-тащил, уморился и на коня поменял". -- "И чудесное дело: с деньгами-то, как подумаешь, только грех один, а лошадь в нашем деле кормилица: дровец ли привезти, в поле ли поработать..." -- "Ты погоди: с лошади-то я свалился, ушибся, да и променял ее на корову". -- "Ишь, ты у меня какой догадливый! Я и сама-то подумала: куда уж тебе, старику, с лошадью управляться! А коровка-то чего лучше: будем молочко теперь с кашей хлебать". -- "Только я подумал: чем мы корову-то будем кормить? Да и променял ее на овечку". -- "И то, ведь, правда; да к тому ж и я стара стала, за коровкой-то уход нужен. То ли дело овца: обстригу с нее шерстку, напряду, сукна натку -- глядишь, и кафтан новый у тебя будет, а, то этот-то дыра на дыре". -- "Так-то так, только я овечку на гуся променял. Думаю: за овцу пастуху еще платить надо, а гусь у нас и на дворе около лужи походит". -- "Уж чего лучше: чудесно откормится. А как мы этого гуська зарежем, да зажарим -- смотришь, и праздник не хуже людей встретим". -- "Ну а я подумал: что гусь? Съел его, только и всего! Да и променял его на курочку". -- "Ах ты, родимый, ты мой, вот радость-то мне на старости лет: курочка нам, глядишь, яичек нанесет, цыпляток выведет: и яишенку когда поедим, да и птицы полон двор будет". -- "Ты погоди: курочка-то у меня вырвалась, никак я ее поймать не мог; взял, да и променял на новые лапти". -- "И вправду, беда с этими курами: то ястреб унесет, то на чужой двор залетит, то ребятишки камнем зашибут. А лапти у тебя вовсе растоптались, с ног валятся". -- "Только лапти-то я уж больно малы взял: на ногу не лезут. Так я их на иголку променял". -- "Уж это чего хуже, как лапти малы: все ноги собьешь! А за иголку тебе в ножки поклонюсь: спасибо, что и обо мне вспомнил. Иголка всегда пригодится: зашить что, заштопать". -- "Да только вот беда: споткнулся я, упал да иголку-то и потерял". -- "И, родимый, что за беда! Беда невеликая; спасибо, что сам-то жив-здоров воротился".
Слушает барин и диву дается. "Ну, старик, -- говорит, -- видал я много всего на своем веку, а таких чудес отроду не видывал. Не жаль и денег отдать. Получай тысячу рублей!"
Получил старик деньги и зажил со старухой припеваючи.