Размахнулся Зорька мечом, что хватило сил, и срубил змею восемь голов. Чудо-юдо обмакнул свой палец в кровь, подхватил эти головы, на места посадил -- приросли они, будто и с плеч не падали, а Зорьку вогнал в сыру землю по самые плечи. Запросил Зорька в третий раз роздыху, снял с головы железный шлем и кинул в палатку: дрогнула сыра-земля, сорвался с цепи конь богатырский. Вечорка с Полуночкой проснулись. Глянули: кровь из миски через край ручьем бежит. Бросились они коней седлать, спешат брату старшему на выручку...
Прибежал богатырский конь и говорит Зорьке человечьим голосом: "Не одолеть тебе змея, пока у него мертвый палец есть: этим пальцем он себе головы приставляет". Сел Зорька на своего коня, налетел на змея ясным соколом; не столько мечом бьет, сколько конем топчет. В том бою змею не посчастливилось: отрубил ему Зорька руку правую с мертвым пальцем, отрубил ему все девять голов; туловище на мелкие части рассек и в реку бросил.
Тут и Вечорка с Полуночкой подоспели. "Эх вы, сони! -- говорит Зорька товарищам. -- Где вам воевать: вы и стеречь-то путем не умеете. Из-за вашего сна я чуть лютой смертью не пропал". Вынул он тут из-под моста все головы змеиные, показал товарищам и пуще стыдить их стал. Вечорке с Полуночкой те речи не по сердцу пришлись: молчат, насупились.
"Что ж, братцы, -- говорит Зорька, -- нам здесь не век вековать: едем дальше". Оседлали коней и поехали. Недалеко отъехавши, говорит Зорька товарищам: "Братцы, забыл я в палатке плетку; поезжайте шажком, я живо вас догоню". Повернул назад к реке Смородине, слез с коня, коня в заповедные луга пустил, сам сел под калиновым мостом и слушает.
Немного погодя, вышли из воды три змеихи и стали совет держать: как им богатырей извести, за смерть мужей отплатить. Одна говорит: "Я забегу вперед и пущу им день жаркий, а сама обернусь колодцем; в том колодце будет плавать серебряный ковш. Захотят богатыри сами напиться и коней напоить -- тут-то и разорвет их на маковые зернышки". Другая говорит: "Коли это не поможет, я обернусь яблоней; на той яблоне будут висеть яблоки спелые, румяные. Захотят богатыри съесть яблочко -- тут-то и разорвет их на маковые зернышки". Третья говорит: "Коли и это не поможет, я обернусь избушкою; захотят богатыри заночевать, войдут в избушку -- разорвет их на маковые зернышки".
Перетолковали змеихи, ушли в реку Смородину. А Зорька кликнул из заповедных лугов своего коня и поехал нагонять товарищей.
Тем временем Вечорка с Полуночкою едут да едут дорогой прямоезжею; глядь: в поле палатка раскинута, а у той палатки конь привязан. Подъехал Полуночка, слез с коня, заглянул в палатку: там на кровати Белый Полянин лежит. Как увидал он Полуночку, не говоря худого слова, хлоп его мизинцем по лбу, да под кровать и бросил. Вечорка ждал-ждал товарища, не дождался и сам в палатку вошел. Раз его хлопнул Белый Полянин мизинцем по лбу -- зашатался богатырь; в другой хлопнул -- и совсем свалился. И его Белый Полянин под кровать бросил.
Наезжает Зорька-богатырь. Распахнул полог: "Бог на помощь, молодец! -- говорит. -- Как тебя по имени звать, по отчеству величать?" А у Белого Полянина один ответ: изловчился он да Зорьку мизинцем по лбу хлоп! Заговорило ретивое у Зорьки-богатыря: ухватил он Белого Полянина за длинную бороду и ну таскать во все стороны; сам таскает, приговаривает: "Не узнав броду, не суйся в воду! Не узнав богатыря, не охальничай!" Взмолился Белый Полянин: "Смилуйся, сильномогучий богатырь! Не предавай меня злой смерти! Буду я тебе слугой верным". Зорька тому не верует: вытащил из палатки Полянина, подвел к столбу дубовому, расколол тот столб надвое, забил туда его длинную бороду и хочет Полянина злой смерти предать. Глядь: из палатки Вечорка с Полуночкой вылезают. А Белый Полянин пуще просит: "Смилуйтесь, богатыри! Знаю я, куда вы едете: индейских царевен добывать. В этом деле и я вам пригожусь". Подумали-подумали богатыри и порешили простить Белого Полянина. Только отрубил ему Зорька его длинную бороду, вытащил ее из столба и про всякий случай в карман спрятал. "Сказывай, -- говорит Полянину, -- что тебе про царевен ведомо". -- "Ведомо мне, что унес их двенадцатиглавый змей в подземное царство, а ход туда знает Баба-Яга. Лишь бы вам до нее добраться, -- она вам всю дорогу расскажет как по-писаному". И напросился Белый Полянин богатырям в товарищи.
Едут богатыри голой степью; день жаркий, жажда измучила. Наехали на зеленый луг; на лугу трава-мурава, тут же и колодец стоит, в нем плавает ковшик серебряный. Вечорка с Полуночкой с коней слезли, пить собираются. "Стойте, братцы! -- говорит Зорька. -- Колодец стоит в степях, в далях; никто из него воды не берет, не пьет". Соскочил он со своего коня и давай тот колодец рубить, -- только кровь брызжет. Вдруг, сделался день туманный, жара спала и пить не хочется. "Вот видите, братцы: какая вода настойная -- словно кровь", -- говорит Зорька-богатырь.
Поехали дальше. Голод богатырей мучит, а есть нечего. Долго ли, коротко ли -- увидали они у дороги яблоню с яблоками спелыми, румяными. Говорит Полуночка товарищам: "Хоть по яблоку съедим, все легче будет". "Нет, братцы, -- отзывается Зорька, -- стоит яблоня в степях, в далях, одна в чистом поле: может статься, яблочки-то на ней червивые: съешь -- еще хворь нападет". Соскочил Зорька с коня и давай яблоню сечь-рубить -- только кровь брызжет. А у товарищей и голод пропал.