— Известно глупости, ведь им и не веришь, а так вот слушаешь как сказку.
— Да, слушаешь как сказку, а сам все-таки трусишь, — продолжал студент. Я помню как еще ребенком слышал такие острастки: «Полно ворочаться, засыпай скорее, не то смотри, придет за тобой черный дядя! Слышишь стучит?» И остается в ребенке безотчетный страх; ему рассказывают о привидениях, и он боится войти в темную комнату; ему чудится, что кто-то сидит в углу; он боится, что вот впотьмах загорятся глаза огнем. Хоть со временем и понимаешь, что все это вздор, но разве мало людей необразованных, которые верят в привидения?
— Да, да, правда ваша, — сказал извощик, — не только, что верят, а беды через это сколько бывало. У меня у самого сестра так умерла.
— Как умерла? — спросили все в голос.
— Да так; собрались они вот также в деревне на посиделки; девки и бабы прядут, а парни сказки сказывают. Вот один и начал рассказывать про старого лавочника, который уже десять лет как умер; и говорит, будто он ровно в полночь встает из могилы и идет в свою лавку, там вешает товар и нашептывает, чтобы полфунта обратились днем в целый фунт. Тут, как водится, нашлись люди подтвердившие это; говорили, что на деревне были люди, которые сами видели мертвеца. Сестра моя стала смеяться над суеверными:
— Все это вздор, — сказала она, — кто раз умер, тот не встанет!
Но к несчастью она сама в этом была не тверда. Ее поймали на слове:
— А если так, то докажи, что не боишься, ступай ночью на кладбище одна! Вот и не пойдешь!
Ее это задело.
— Нет, пойду, это дело немудреное!