Клаузен испускает глубокий последний вздох.
Гейгер (после длительного тяжелого молчания). Не попробовать ли противоядие? Какие-нибудь средства?
Штейниц. Против чего? Или против кого? Это смерть, господин профессор…
Услышав шум, вбегает Инкен .
Инкен. Он мертв! Я знаю – его больше нет!..
Штейниц. Соберитесь с силами!
Инкен. Не нужно. Я совершенно спокойна, господин Штейниц. (Судорожно сжав руки, делает несколько шагов и смотрит, сжав губы, на Клаузена.)
Гейгер (тихо, Штейницу). У меня такое чувство, будто я вижу жертву, сраженную из-за угла.
Штейниц. Конечно, он – жертва. А погиб ли он от яда, или от…
Некоторое время царит глубокое молчание. Затем тихо входят Ганефельдт и пастор.