Брлунъ. Да, да, выкладывай опять свои школьныя познанія.
Гансъ. Ты прекрасно знаешь, что я плюю на свое школьное образованіе. Но дѣло въ томъ...
Браунъ. Ты это говорилъ сотни разъ, а между тѣмъ самомнѣніе у тебя проглядываетъ во всемъ. Ахъ, оставимъ вообще этотъ разговоръ. Это такія щекотливыя вещи, которыя каждый въ концѣ-концовъ долженъ рѣшить по своему.
Гансъ. Почему-же щекотливыя?
Браунъ. Вѣдь все это безцѣльно. Ты тотчасъ начинаешь горячиться. Ты опять волнуешься и...
Гансъ. Выскажись, мой милый! Выскажись-же яснѣе!
Браунъ. Ахъ, глупости! Вѣдь это, дѣйствительно, безцѣльно. Пусть каждый дѣйствуетъ по своему.
Гансъ. Да развѣ моя дѣятельность ужъ такъ плоха? Скажи-ка?
Браунъ. Не хуже, чѣмъ у всѣхъ остальныхъ. Ты тоже идешь на компромиссы.
Гансъ. Извини, если я тебѣ не отвѣчу на это. Все это такъ скучно (раздражаясь все болѣе и болѣе). Дѣло вотъ въ чемъ. Вы всѣ, мои друзья, сыпали радикальными фразами, я-же разъ навсегда отказался отъ этого, и потому вы сочли меня идущимъ на компромиссы.