-- А развѣ вы не присутствовали при разсмотрѣніи допросовъ?
-- Съ чему бы это послужило?-- отвѣчалъ Эрастъ съ горечью.-- Въ церковномъ совѣтѣ вашего высочества есть три рода совѣтниковъ. Господа юристы читаютъ акты и докладываютъ то, что въ нихъ написано; доктора не читаютъ ихъ, но докладываютъ, а богословы читаютъ и докладываютъ совсѣмъ не то, что въ нихъ написано. Замѣтивъ это, я ушелъ.
-- Старая пѣсня, -- съ досадой проговорилъ курфюрстъ.-- И такъ, придется мнѣ вамъ докладывать, а не вамъ мнѣ. Прежде всего,-- прибавилъ онъ,-- перелистывая докладъ, гг. совѣтники убѣждаютъ меня, что тотъ, кто защищаетъ безбожниковъ, также виновенъ цередъ Богомъ, какъ и самъ безбожникъ.
Эрастъ презрительно пожалъ плечами.
-- Далѣе въ первой части говорится о богохульствѣ проповѣдниковъ, о ихъ отпаденіи отъ христіанства и о попыткахъ перейти въ турецкую вѣру. Далѣе разобранъ по пунктамъ пасквиль Сильвана, съ яснымъ выводомъ, что инспекторъ хотѣлъ весь міръ осквернить своимъ богохульствомъ. Ваше мнѣніе другое?
-- Нѣтъ,-- отвѣчалъ Эрастъ,-- богохульство Сильвана заслуживаетъ наказанія. Цо безсмысленному письму Нейсера къ туркамъ я никакъ не могу придать серьезнаго значенія, особенно когда на немъ даже надписано: "potest omitti". Мнѣ кажется, что этотъ легкомысленный человѣкъ написалъ въ пьяномъ видѣ, а когда, протрезвившись, перечелъ его, то по лѣни не изорвалъ, а надписалъ только "можетъ оставаться". Сильванъ уже горько поплатился своимъ продолжительнымъ заключеніемъ и глубоко искупилъ свое заблужденіе. Изъ этого, конечно, не слѣдуетъ, чтобы они оставались безнаказанными. Вопросъ только въ томъ: къ чему присудили ихъ гг. богословы?
-- Именно въ этомъ-то и дѣло!-- отвѣтилъ курфюрстъ озабоченно.-- Эти богословы только дѣлаютъ выводы изъ божественной истины, написанной въ книгахъ Моисея. Тамъ приказано такихъ богохульниковъ побивать камнями, закалывать или сожигать. Совершенно ясно это сказано въ 5 книгѣ Моисея, 13: "Если тебя будетъ уговаривать тайно братъ твой, или сынъ матери твоей, или дочь твоя, или жена на лонѣ твоемъ, или другъ твой, который для тебя какъ душа твоя, говоря: пойдемъ и будемъ служить богамъ инымъ, то не соглашайся съ нимъ и не слушай его; и да не пощадитъ его гласъ твой, не жалѣй его и не скрывай, но убей его* твоя рука прежде всѣхъ должна быть на немъ, чтобъ убить его, а потомъ руки всего народа. Побей его камнями до смерти, ибо онъ покушается отвратить тебя отъ Господа Бога твоего".
Курфюрстъ отложилъ докладъ и серьезно посмотрѣлъ въ глаза Эрасту.
-- Неужели эти господа хотятъ дѣйствительно ввести въ Пфальцѣ побиваніе камнями?-- спросилъ Эрастъ насмѣшливо.
-- Нѣтъ, -- отвѣчалъ курфюрстъ.-- Далѣе говорится: "конечно, въ наши дни христіанская власть не связана этими мѣрами или circumstantia, именно добиваніемъ камнями, она можетъ іишать жизни черезъ повѣшеніе, мечомъ и другими способами. Если грѣхъ не падетъ на главу согрѣшившаго, то Богъ прольетъ гнѣвъ Свой на весь народъ, не искоренившій грѣшника изъ среды своей". Было бы величайшимъ безсердечіемъ относительно всѣхъ христіанскихъ братій поддерживать и усиливать гнѣвъ Боной, излившійся въ распространяющейся чумѣ.