-- Я не знаю,-- пробормоталъ онъ, чувствуя на себѣ пронизывающій взглядъ спутника, настоятельно требующаго отвѣта.
-- Вы не знаете; въ такомъ случаѣ я могу вамъ помочь,-- отвѣчалъ незнакомецъ.-- Священникъ, ожидающій сегодня казни, бесѣдовалъ съ товарищами за стаканомъ вина и въ опьяненіи они говорили сами не сознавая что. Рядомъ съ ними сидѣлъ переодѣтый іезуитъ, подслушивавшій ихъ и донесшій курфюрсту. Курфюрстскаго совѣтника Эраста, не имѣвшаго ничего общаго съ этими еретиками, также приплели къ этому дѣлу, подбросивъ къ бумагамъ Нейсера поддѣльное письмо Эраста, никогда имъ не писанное. Такимъ образомъ, полдюжины мужчинъ съ невинными женами и дѣтьми повергнуты въ несчастіе. Какого вы мнѣнія о подслушивателѣ?
-- Онъ искупитъ это,-- бормоталъ Паоло.
-- Искупитъ!-- насмѣшливо повторилъ незнакомецъ.-- Исправить дѣло -- единственное искупленіе. Но предатель, повидимому, далекъ отъ этого, потому что держитъ голову высоко, несмотря на то, что у него другая забота, въ сравненіи съ которой преданіе священниковъ дѣтская забава. Развѣ съ вами случилось что-нибудь подобное, молодой человѣкъ?-- и снова сверкнулъ взглядъ въ сторону идущаго, точно во снѣ, молодаго священника.-- Іезуитъ, котораго вы не знаете, представился евангелическимъ проповѣдникомъ, похитилъ сердце молодой, неопытной дѣвочки и заманилъ ее ночью на перекрестокъ. Она захвачена на проклятомъ мѣстѣ, заподозрѣна въ колдовствѣ и ожидаетъ пытокъ и смерти. Онъ же, вмѣсто того, чтобы идти къ курфюрсту и сказать: "это дитя невинно, я соблазнитель, я заманилъ ее, а не дьяволъ, я одинъ сатана, меня мучайте, меня сожгите",-- вмѣсто того, чтобы поступить, какъ велитъ совѣсть и честь, этотъ злодѣй идетъ съ высоко поднятою головой и равнодушнымъ тономъ спрашиваетъ сосѣда: сегодня ли будутъ сожигать колдунью?
-- Я хочу... я уже иду...-- бормоталъ онъ.
-- Вы хотите, вы уже идете, -- повторилъ незнакомецъ,-- тогда другое дѣло. Этого никакъ нельзя было подумать, услыхавъ вашъ вопросъ; но я забылъ, что васъ съ дѣтства пріучили въ совершенствѣ притворяться. Я думалъ, что вы опять на пути въ Шпейеръ, какъ и тогда.
Паоло испуганно взглянулъ на незнакомца.
-- Кто вы, вы, все знающій?-- спросилъ онъ дрожа.
-- Я хочу доказать вамъ, что вѣрю вашему намѣренію исправиться,-- сказалъ тотъ.-- Можетъ быть, это намѣреніе укрѣпится, если я окажу вамъ довѣріе.
Шапочка незнакомца свалилась, борода очутилась въ рукѣ, баптистъ Вернеръ стоялъ передъ Паоло Лауренцано, у котораго на глазахъ выступили слезы.