-- Вашей истинной вѣрѣ!-- прошепталъ итальянецъ.
Далѣе священникъ молилъ Бога о томъ, чтобы Сильванъ чистосердечно раскаялся въ своихъ грѣхахъ и умеръ благочестивымъ христіаниномъ.
-- Не казните, не казните!-- повторялъ Лауренцано, какъ сумасшедшій.
Вотъ онъ видитъ, подвели Сильвана, чтобъ онъ передъ всѣмъ народомъ высказалъ свое раскаяніе, но сильный прежде ораторъ заговорилъ слабымъ, непонятнымъ голосомъ; потомъ онъ поцѣловалъ своего мальчика, съ отчаяніемъ повисшаго на его шеѣ, но толстый священникъ привлекъ его къ себѣ, а палачъ потащилъ Сильвана къ плахѣ. Паоло закрылъ глаза; онъ не могъ болѣе выносить этого отвратительнаго зрѣлища.
-- Я лишилъ этого мальчика отца, -- громко вскричалъ онъ.-- Я убилъ этого ребенка.
Бривъ толпы, ропотъ тысячи людей возвѣстили, что мечъ правосудія сдѣлалъ свое дѣло. Когда Лауренцано взглянулъ, съ лобнаго мѣста сносили безчувственнаго мальчика. Снова заиграла музыка. "Ты, славный свѣтъ, дай намъ твое сіяніе",-- запѣли крестьяне во все горло. Лауренцано выносилъ все это съ тупымъ отчаяніемъ. "Ты, ты обвинилъ его... Каинъ, Каинъ!" -- раздавалось въ его ушахъ. Онъ не замѣчалъ даже, какъ кругомъ него рѣдѣла толпа. Наконецъ, онъ остался одинъ съ небольшою группой парней, смотрящихъ, какъ палачъ смываетъ кровь на эшафотѣ. Чувство тупаго отчаянія разслабляло его члены. Грѣхъ высоко поднялся надъ нимъ въ то время, какъ онъ думалъ, что служитъ Богу. Это пролилъ эту кровь, смываемую здѣсь палачомъ? Это посадилъ Эраста въ тюрьму? Кто заключилъ Лидію въ страшную башню? Онъ, онъ одинъ. Гдѣ бы онъ ни послушалъ, всюду говорятъ о немъ и объ его дѣлахъ. Отчего тогда въ Шенау у него не достало силъ утопиться? Безумный смѣхъ вырвался изъ его груди. Въ его ушахъ снова раздался звонъ колокола, слова баптиста вертятся въ мозгу... да! вотъ играютъ въ гостиницѣ "Оленя" прекрасную Габріэль.
-- Внизъ, внизъ, въ Некаръ, тамъ спокойнѣе!-- шепчетъ онъ.
Вдругъ его слухъ поразили слова пьянаго крестьянина, возвратившія его въ сознанію.
-- Идемъ, Майеръ, послушаемъ, какъ поютъ колдуньи.
-- Ну, что,-- отвѣчалъ его рыжеголовый товарищъ съ злымъ лицомъ,-- не стоитъ!