-- Мои подруги могли называть меня плѣнницей, вы -- нѣтъ. Идите своею дорогой и пропустите меня.
-- Если вы покажете мнѣ дорогу, то я охотно исполню это. Вамъ, вѣроятно, хорошо извѣстно, гдѣ живетъ магистръ Лауренцано.
При этомъ имени щеки дѣвушки вспыхнули румянцемъ.
-- Вы злоупотребляете тѣмъ, что вы подслушали,-- проговорила она, пожимая плечами" -- Это неблагородно. Уйдите прочь.
Феликсъ съ удивленіемъ замѣтилъ впечатлѣніе, произведенное его словами, и спросилъ:
-- Я оскорбилъ васъ?
Она круто повернулась къ нему спиной и начала стучать въ дверь. Тутъ онъ понялъ/ о чьихъ черныхъ глазахъ говорилось передъ тѣмъ, и съ искреннымъ участіемъ обратился къ жилому ребенку.
-- Онѣ не слышатъ васъ, барышня. Я архитекторъ Лауренцано, иду въ гости къ моему брату, монастырскому проповѣднику. Такъ какъ ваши подруги заперли и меня съ вами, то я прошу васъ показать мнѣ, черезъ какія ворота могу я попасть къ нему, не нарушая правилъ женскаго монастыря?
Эти слова были произнесены такъ почтительно-холодно, что бѣдная дѣвушка сообразила, какъ она сама себя выдала, и ея уязвленному самолюбію представилась насмѣшка въ словахъ незнакомца. Вдругъ ей пришло въ голову: что, если этотъ незнакомецъ разскажетъ брату все, что видѣлъ, и какъ она глупо вела себя съ нимъ? Она снова топнула ногой, на этотъ разъ отъ досады на себя. Первою мыслью ея было убѣжать и спрятаться. Но дѣвушка побѣдила въ ней школьницу. Она быстро оправилась и рѣшила въ своей свѣтлорусой головкѣ любезностью загладить непріятное впечатлѣніе, произведенное ея рѣзкостью.
-- Сейчасъ этого нельзя сдѣлать,-- отвѣчала она.-- Господинъ магистръ занимается катехизисомъ съ маленькими. Если хотите, подождите здѣсь, а я постараюсь, чтобы отперли эту дверь, и тогда вы въ нее пройдете.