Тотчасъ же за этимъ напутствіемъ Паоло покинулъ домъ ордена и въ сопровожденіи старшаго посланника ордена, доктора Антоніо, отправился черезъ Альпы въ резиденцію епископа Шпейера. Все представлялось ему точно во снѣ; неожиданное освобожденіе испугало его. Молодой монахъ не видалъ даже, какъ промелькнули передъ нимъ роскошные города Италіи и веселыя равнины Вероны.
Онъ углубился въ себя и въ назначенныя ему задачи. Чувства неудовлетворенности и страха за будущее въ первый разъ закрались въ душу юноши. Чтобы ободрить его, веселый спутникъ, съ хитрымъ, оживленнымъ лицомъ, разсказывалъ о важныхъ привилегіяхъ, которыми будетъ онъ пользоваться какъ членъ ордена іезуитовъ, объ особенномъ покровительствѣ, съ самаго начала оказанномъ Пресвятою Дѣвой ученикамъ блаженнаго Игнатія Лойолы, и о чудныхъ видѣніяхъ, въ которыхъ Она являлась основателю ордена и достойнѣйшимъ изъ его членовъ.
Докторъ Антоніо почти выбился изъ силъ, прославляя св. Дѣву Марію и не зная, чему приписать замкнутую молчаливость своего товарища. Только миновавъ Альпы, за Инспрукомъ, спутники вступили въ оживленный споръ. Нѣсколько дней провели они въ городѣ, гдѣ у брата Антоніо были дѣла. Его дорожная касса, какъ онъ говорилъ, опустѣла. Однажды раннимъ утромъ Антоніо разбудилъ молодаго человѣка и сталъ уговаривать бѣжать, не расплатившись съ хозяиномъ гостиницы. Монахъ промолчалъ, но какъ только его руководитель вышелъ за дверь, положилъ на столъ для уплаты хозяину одинъ изъ золотыхъ, данныхъ ему въ Венеціи на непредвидѣнные расходы. Вѣроятно, отецъ Антоніо предчувствовалъ что-нибудь въ этомъ родѣ. Онъ воротился въ комнату, будто что-то позабылъ, и когда они вышли на улицу, онъ спокойно развязалъ свой платокъ и прибавилъ деньги Паоло къ своимъ тремъ золотымъ. Разсерженный Паоло настаивалъ вернуться и отдать хозяину слѣдовавшую ему плату. Антоніо на это сказалъ;
-- Такъ по вашему лучше замедлить нашу миссію, рискуя, что тысячи душъ отправятся въ адъ, чѣмъ лишить этого трактирщика одного гульдена? Обманывая негодяя, мы выбираемъ меньшее зло и, конечно, совершаемъ дѣло, вдвойнѣ угодное Богу.
-- А если этотъ человѣкъ догонитъ насъ и подастъ жалобу?-- съ сердцемъ спросилъ Паоло.
-- Тогда мы поклянемся, что оставили на столѣ червонецъ.
-- Но, вѣдь, вы солжете... вы спрятали его?
-- Если мнѣ придется поклясться, то къ слову "спряталъ" я прибавлю "въ кошелекъ", а, вѣдь, вы же видѣли, что я завернулъ его въ платокъ.
-- Всѣмъ давно извѣстны эти доминиканскія хитрости, и потому отъ васъ потребуютъ клятву безъ увертокъ и добавленій.
-- А въ такомъ случаѣ я могу поклясться неправильныхъ оговорокъ, п отому что я совершенно правъ, дѣйствуя такъ на пользу св. церкви.