Г. Адамъ Нейзеръ скорчилъ отчаянно-кислую мину.
-- Онъ былъ прежде придворнымъ шутомъ, -- отвѣчалъ проповѣдникъ,-- но новомодные ханжи упразднили должность веселаго совѣтника. Итальянскіе господа придворные проповѣдники хотятъ самого всемилостивѣйшаго государя сдѣлать шутомъ. Пенсіи ему не дали; на это онъ и хотѣлъ жаловаться курфюрсту. Да ничего не вышло! Кто знаетъ, можетъ быть, и мнѣ придется когда-нибудь сдѣлаться затычкой въ бочкѣ, если не захочу умереть съ голода.
И онъ со злостью допилъ кружку краснаго вина.
-- Ну, Нейзеръ, какъ-то вы теперь рано встаете?-- произнесъ низкій басъ, принадлежащій только что вошедшему священнику.-- А, вѣдь, это рыла чудесная выдумка нашего общаго друга Олевіана назначить вамъ въ наказаніе раннія службы, ха, ха, ха!
-- Ужь я зарубилъ у себя на носу насчетъ этого, г. инспекторъ,-- отвѣчалъ красный Нейзеръ, -- и я думаю, что придетъ время, когда мы снова выгонимъ французовъ, силезцевъ и трирцевъ изъ южной Германіи, гдѣ имъ нечего дѣлать.
-- Итальянцевъ вы забываете,-- подсказалъ Феликсъ.
-- На вашего брата еще никто не можетъ пожаловаться,-- отвѣчалъ вошедшій съ инспекторомъ Сильваномъ священникъ Биллингъ, худой блондинъ, съ красивымъ, но безжизненнымъ лицомъ, заставляющій предполагать, что онъ лучше играетъ въ шахматы, чѣмъ проповѣдуетъ.-- Магистръ Лауренцано ведетъ себя скромно, онъ добрый товарищъ и не больше насъ любитъ кальвинистовъ; это я давно знаю. Десять епископовъ не надоѣдали намъ такъ, какъ одинъ Олевіанъ.
-- Да, да!-- перебилъ Нейзеръ,-- я говорю о немъ и о всѣхъ голодныхъ, приходящихъ въ нашъ прекрасный Пфальцъ, какъ о свиньяхъ, лѣзущихъ къ мѣшку съ овсомъ; теперь они такъ разъѣлись, что имъ все кажется невкуснымъ. Знаете ли вы, что сказалъ курфюрсту пришлый силезецъ Урсинъ, когда его высочество недавно былъ въ Амбергѣ? Онъ просто-на-просто заявилъ, что въ цѣломъ Пфальцѣ не наберется и шести порядочныхъ проповѣдниковъ. Это его подлинныя слова.
Нейзеръ ударилъ кулакомъ по столу такъ сильно, что стаканы зазвенѣли и вино пролилось.
-- Го, то, то!... Какъ горячо, товарищъ!-- воскликнула маленькій, толстенькій господинъ съ смѣшною наружностью, представленный Феликсу какъ проповѣдникъ Сутеръ изъ Фейденгейма.