Лидія печально опустилась на камень. Догорающая заря потухла на западѣ. Былъ ли Лауренцано уже здѣсь и испугался старой колдуньи, или еще подождать его? Съ раскаяніемъ и страхомъ забилась она въ уголъ, изъ котораго только что вылѣзла старая колдунья. Она увидала на землѣ удивительныя фигуры, вырѣзанныя ножомъ, вокругъ которыхъ въ необыкновенномъ порядкѣ были разложены темные и свѣтлые камни. Трава была выжжена. Вѣроятно, старуха передъ самымъ приходомъ Влитіи потушила огонь. Теперь она поняла, почему сердитая старуха съ такою злостью прогоняла ее. Она помѣшала колдуньѣ въ совершеніи ея чародѣйствъ на перекресткѣ и заставила ее уйти. Со страхомъ оглядывалась она назадъ, въ чащу мрачныхъ сосенъ, не хочетъ ли злая старуха сдѣлать ей что-нибудь дурное. Еще только четверть часа подождетъ она магистра, потомъ, съ быстротой серны, сбѣжитъ по лѣсной тропинкѣ, чтобы достигнуть моста, раньше чѣмъ запрутъ ворота. Но все было тихо. Паоло не приходилъ. Лидія, чувствуя себя совершенно одинокой и беззащитной, заплакала. Только что она хотѣла встать, чтобы отправиться домой, какъ вдали послышались голоса. Въ сильномъ волненіи насторожила она слухъ, не услышитъ ли голоса Паоло. Нѣтъ, то было трое или четверо мужчинъ, громко и грубо разговаривающихъ между собой. Новый страхъ: какъ пройдетъ она мимо этихъ мужчинъ, къ тому же, казавшихся ей не трезвыми? Лучше всего она опять спрячется въ кусты, и она быстро скрылась. Вотъ услыхала она голоса совсѣмъ близко.
-- Она должна быть здѣсь, говорила старая колдунья,-- сказалъ грубый мужской голосъ.
-- Но ты не сдѣлаешь ей ничего дурнаго, -- отвѣтилъ ему голосъ помоложе.
-- Что сдѣлаю я ей дурнаго, какъ не то же, что и ты хочешь сдѣлать? Если она ждетъ своего возлюбленнаго, такъ можетъ выбирать любаго изъ насъ.
Кровь въ жилахъ Лидіи застыла.
-- Я думаю,-- сказалъ третій,-- что старая Сивилла надула насъ. Здѣсь нѣтъ ни души человѣческой. Стой! здѣсь кто-то сидѣлъ, а тамъ, сзади мелькаетъ что-то бѣлое!
Въ эту минуту Лидія отчаянно прыгнула съ крутизны и побѣжала по дорогѣ, по которой пришла. Три парня секунду стояли въ изумленіи, потомъ, какъ неуклюжіе доги, бросились за быстроногою серной. Въ гору дѣло пошло плохо: мужская сила брала верхъ надъ легкостью женщины. Все уменьшалось разстояніе между преслѣдуемой дѣвушкой и тремя негодяями. Достигнувъ стараго бука на вершинѣ горы, она сообразила, что если повернетъ, то они съ той или съ другой стороны пересѣкутъ ей дорогу. Инстинктъ самосохраненія подсказалъ ей бѣжать по дорогѣ вверхъ. Преслѣдователи не того ожидали, и потому на минуту потеряли ее изъ вида.
-- Вонъ, вонъ!-- кричалъ одинъ, указывая на Лидію, бѣжавшую на верху горы вдоль развалинъ Хейлигенберга.
При подъемѣ ловкая дѣвушка имѣла значительное преимущество передъ тяжелыми и пьяными мужчинами. Сначала они хотѣли оставить погоню, но старшій предложилъ поймать убѣгающаго звѣря, во всякомъ случаѣ стремящагося къ Гейдельбергу, у подножія горы съ лѣвой стороны. Тихонько побѣжали три мужика по этому направленію. Черезъ минуту Лидія оглянулась. Преслѣдователи скрылись; можно передохнуть. Красная, полумертвая отъ страха и изнеможенія, оперлась она о дерево. Внизу, въ городѣ, мерцали тысячи огней, и въ замкѣ одно окно смотрѣло печальнѣе другихъ. Что бы она дала, чтобы только находиться теперь тамъ? Лучше быть въ башнѣ Сильвана, чѣмъ здѣсь, въ лѣсу, ночью, въ такомъ отчаянномъ положеніи. Она тихонько пошла черезъ развалины стараго монастыря, въ которыхъ вечернія тѣни ложились причудливыми фигурами, надѣясь, не найдетъ ли она здѣсь убѣжища въ разрушенныхъ стѣнахъ. Она содрогалась отъ ужаса, проходя по этимъ страшнымъ мѣстамъ, гдѣ блуждали тѣни погребенныхъ монаховъ. Мѣсяцъ выплылъ изъ-за Кенигштула, серебря деревья трепетнымъ свѣтомъ, и освѣтилъ ей дорогу. Ея длинная тѣнь шла рядомъ съ ней, то переходя далеко за гору, то ложась по лощинѣ. Она хотѣла выйти изъ лощины, какъ вдругъ услыхала подавленный смѣхъ. Однимъ прыжкомъ бросилась она въ сторону и побѣжала вверхъ по горѣ. Они опять тутъ, эти чудовища. Вотъ показался одинъ, вотъ поднялся другой, вотъ изъ-за дерева прыгнулъ третій, какъ разъ на нее.
-- Господи! смилуйся надо мной!-- вскрикнула испуганная дѣвушка.