Упавшим голосом Кандыба вызывает фамилии, раздает подарки.
— Получайте, вот именно. Вася Алексеев, Самуил Ройзман, Катя Смирнова…
Все собираются в кружок, появляется струнный оркестр. Краснофлотцы вместе с пионерами дружно поют:
«Взвейтесь кострами, синие ночи!
Мы — пионеры, дети рабочих.
Близится эра лучших годов.
Клич пионеров — „Всегда готов“».
Петелькин, одиноко стоявший в стороне и думавший одному ему известные думы, махнул рукой и неуверенно поднялся наверх. Потом вернулся и пуще прежнего нахмурился…
Совсем поздно вечером, когда дрожит на черном небе отблеск от огней города и корабельные разноцветные огни озорными яркими дорожками пляшут в чернильной воде, — подводники курят на верхней палубе «Пролетария», «вечерние» папиросы.
Отдыхают натруженные руки, жадно дышит грудь свежим морским воздухом.