- Так. -Потом по­мол­ча­ла и вне­зап­но до­ба­ви­ла: - А все-та­ки, все-та­ки я очень люб­лю те­бя.

- Почему же "все-та­ки", Ри­та? Она сму­ти­лась, пой­ман­ная на сло­ве:

- Зачем ты при­ди­ра­ешь­ся? Ми­лый­, не на­до! Ска­жи луч­ше, что ты ду­ма­ешь?

И я от­ве­тил:

- Думаю о том, что зав­т­ра дол­жен прий­ти па­ро­ход "Карл Маркс" с гру­зом, и у нас бу­дет очень мно­го ра­бо­ты.

- И боль­ше ни о чем? Ну, по­го­во­ри со мной, спро­си ме­ня о чем-ни­будь?

Я ви­дел, что ей хо­чет­ся выз­вать ме­ня на раз­го­вор, я чув­с­т­во­вал, что я спро­шу ее о том, о чем со­би­ра­юсь спро­сить уже дав­но. И по­то­му я от­ве­тил сдер­жан­но:

- Спрашивать до­ро­гу у че­ло­ве­ка, ко­то­рый сам сто­ит на пе­ре­путье, бес­по­лез­но. И я ни о чем не спро­шу те­бя, Ри­та, но ког­да ты за­хо­чешь ска­зать мне что-ли­бо, ска­жи са­ма.

Она за­ду­ма­лась, уш­ла. Я ос­тал­ся один. Си­дел, ку­рил па­пи­ро­су за па­пи­ро­сой­, слу­шал, как шур­шит осы­па­ющий­ся со ска­лы пе­сок да пе­ре­ка­ты­ва­ют­ся галь­ки по от­ло­го­му бе­ре­гу.

Вошел в ком­на­ту. Ри­та уже спа­ла. Дол­го мол­ча лю­бо­вал­ся дым­кою опу­щен­ных рес­ниц. Смот­рел на зна­ко­мые чер­точ­ки смуг­ло­го ли­ца, по­том уку­тал ей но­ги спол­з­шим кра­ем оде­яла и по­це­ло­вал ее в лоб - осто­рож­но, ос­то­рож­но, что­бы не ус­лы­ша­ла.