Рум вздрог­нул и ух­ва­тил­ся ру­кой за ру­ко­ять шаш­ки, но пе­ре­си­лил се­бя и про­мол­чал; к куб­ку он не прит­ро­нул­ся. Ул­ла сно­ва злоб­но пос­мот­рел на не­го.

- Пей! -ска­зал он.

- Нет,- от­ве­тил Рум, -мне не нра­вит­ся твой тост, Ул­ла.

- Скажи свой,- вы­зы­ва­юще пред­ло­жил тот. Рум встал и то­же на­лил ку­бок.

- Пью за счас­тье Хев­су­ре­тии и за друж­бу с людь­ми из до­лин, сбро­сив­ши­ми сво­их влас­те­ли­нов и при­зы­ва­ющи­ми нас сде­лать то же са­мое!

Криками одоб­ре­ния и не­го­до­ва­ния пок­ры­лись его слова. Ул­ла с по­тем­нев­шим ли­цом выр­вал у Ру­ма рог и вып­лес­нул вино на зем­лю.

Все пов­с­ка­ка­ли с мест, и схват­ка, ка­за­лось, бы­ла не­из­беж­на.

Но Ул­ла вдруг ос­тыл. В его рас­че­ты не вхо­ди­ло на­чи­нать сей­час, ибо он го­то­вил бо­лее вер­ный удар. Рум то­же вспомнил, что от­ряд Алим­бе­ка при­бу­дет толь­ко зав­т­ра к ве­че­ру.

В де­ло вме­ша­лись ста­ри­ки и вы­нес­ли ре­ше­ние: Ул­ла дол­жен драть­ся с Ру­мом на саб­лях, один на один, зав­т­ра, пос­ле окон­ча­ния борь­бы и кон­с­ких сос­тя­за­ний.

Оба нак­ло­ни­ли го­ло­вы в знак сог­ла­сия. Рум встал, за ним вста­ла его ох­ра­на, и че­рез нес­коль­ко ми­нут их ко­ни за­то­па­ли, уда­ля­ясь из зам­ка.