— Вы все еще не понимаете?
— Нет!
— Видите ли, эта стрелка показывает состояние внешнего барометра. Давление снаружи равно 80 миллиметров.
— Так что ж? — спросил Томми.
— Неужели вы не понимаете, какое огромное значение это имеет для нас? Это значит, что снаружи есть воздух, мистер Бигхед! Правда, он вдесятеро разреженнее воздуха на земной поверхности. Но все же это воздух, быть может, кислород!
— Так что мы можем выйти из ракеты без водолазных костюмов? — спросил неуверенно Андерль.
— Нет, этого нельзя сделать. Давление слишком слабое, слабее, чем то, при каком может жить человек. Наши кровеносные сосуды лопнули бы, если давление на Земле уменьшилось хотя бы на одну треть. Но мы имеем полную возможность накачать внутрь нашей ракеты столько воздуха, сколько нам заблагорассудится, сможем набрать необходимые для возвращения запасы жидкого воздуха. Это кое-что значит! Там, где имеется воздух, может быть найдена и вода, и вероятно какая-нибудь возможность жить…
— Но ведь это противоречит, всему тому, что мы знаем со школьной скамьи о спутнике Земли! До сих пор считалось установленным, что на Луне нет атмосферы.
— Безусловно, дядя, Луна давно уже не имеет настоящей атмосферы, иначе мы почувствовали бы ее при нашем спуске. Но это не исключает того, что на дне какого-нибудь кратера сохранились остатки воздуха. Во всяком случае тут, в нашем кратере Триснекера, воздух безусловно имеется. Ты сам в этом убедился. Я надеюсь, что мы сделаем тут совершенно необычайные открытия.[15]
Очередная и самая срочная задача — изучить ближайшие окрестности. Первое обследование совершенно неизвестной местности и столь же неизвестных условий представляло не мало опасностей, и потому все пожелали принять в этом деле участие.