-- Вы часто бываете здѣсь?
-- Нѣтъ, я въ первый разъ.
-- О, такъ вамъ должно быть весело,-- сказалъ онъ, поворачивая къ ней раскраснѣвшееся веселое лицо.-- А я такъ очень часто... Вы здѣшней гимназіи?
-- Да.
-- Я васъ никогда не видалъ... И я здѣшней... Это хорошо.
-- Да, merci,-- сказала Соня. Они остановились. Голова у нея кружилась и всевертѣлось -- "Что со мной? Гдѣ я"? -- думала она, идя подъ руку съ гимназистомъ къ Аннѣ Семеновнѣ и смотря на быстро мелькавшія передъ ней пары...
Кончился вальсъ. Наступилъ перерывъ, въ продолженіе котораго всѣ гуляли подъ руку и разговаривали... Часть вышла въ гостиныя. Шумъ и разговоры усилились. Сыграли первую ритурнель кадрили. Всѣ забѣгали, засуетились, перевязывали стулья по двое бѣлыми платками. Многіе сѣли на мѣста.
Соня сидѣла въ гостиной и была въ отчаяніи.
Ее никто не пригласилъ на кадриль. Всѣ ея подруги были уже приглашены и ходили, разговаривая, подъ руку со своими кавалерами. Но ея никто не зналъ. Всѣ ходили, суетились, заботились о себѣ и не обращали. на нее вниманія... Сначала еще была надежда. Но время шло и надежды танцовать кадриль дѣлалось меньше... Когда сыграли ритурнель, Соня поняла, что все пропало, и сидѣла убитая. Когда кто-нибудь проходилъ, Соня съ тайной надеждой смотрѣла на него. "Возьмите меня. Я такъ хорошо одѣта, я хорошо танцую и я такая хорошенькая. Вамъ будетъ интересно со мной. Возьмите",-- говорилъ этотъ взглядъ... Но всякій, посмотрѣвши на нее, только проходилъ мимо.
"Всѣ счастливы и всѣ танцуютъ, а я нѣтъ. Боже мой, отчего это на меня такое несчастіе?! Чѣмъ хуже я другихъ, Зины, Кати... Боже мой, ты вѣдь все можешь, сдѣлай такъ, чтобы я танцовала",-- думала Соня. Ей было больно и стыдно. Ей казалось, что всѣ знаютъ, что ее не пригласали, и всѣ потому смотрятъ на нее и смѣются. Ей было теперь все равно и неинтересно: и свѣтъ, и музыка, и танцы, и веселіе всѣхъ. "Ну, теперь все кончено. И зачѣмъ я пріѣхала сюда! И зачѣмъ всѣ радуются, когда такъ скучно",-- думала она. Около нея пробѣжали подъ руку офицеръ съ барышней, улыбаясь.