Елисавета тотчас же вышла из комнаты, чтобы скрыть свои слезы. Ненавистный ей секретарь не должен был видеть, какое сердечное участие она принимала в несчастье, постигшем Яна.
- Как же это так скоро могло случиться? - спросила Беера хозяйка дома.
Тот только усмехался да плечами пожимал.
- Да что же это? - с досадой проговорила фрау Детмар. - Не мучьте, пожалуйста, а просто скажите: что вам об этом известно?
Секретарь многозначительно поднял брови и, наклонясь к уху почтенной женщины, произнес с расстановкой:
- И знаю, а сказать не могу - это большая тайна!
- А почему же не сказать? - возразила фрау Детмар, подстрекаемая любопытством. - Право, странно: сами называете себя нашим другом, собираетесь даже войти с нами в родственные отношения, а между тем отказываете мне в доверии?
- Если бы я мог быть уверен в том, что вы никому не передадите... - с некоторой нерешительностью заявил секретарь, - тогда, конечно...
- Помилуйте, да я вам слово даю! - поспешила сказать фрау Детмар. - Ну, говорите же скорее, что там за тайна?
- А в том и тайна, - начал Беер, подвигаясь поближе к почтенной супруге мейстера Детмара, - что Госвин Стеен рассчитал молодого Ганнеке по особому соображению. Он положительно не желает иметь у себя на службе приказчиков, которые позволяют себе думать о женитьбе.