Сказав эти слова, она коротко, но сердечно простилась с Детмаром, еще раз поручила его попечениям своего Яна и затем направилась с сыном в гавань.
- Очень недалекая женщина, - сказал писец вслед уходившей Марике.
- Ну, вот еще! - заметил Детмар. - Не всем же умными быть. Она по-своему совершенно права, а уж что она честная, славная женщина - это могу заверить.
- Хе, хе, хе! Конечно, и это чего-нибудь стоит! - отозвался Беер, почесывая кончик своего носа, и, помолчав, вдруг спросил:
- А тот? Мальчуган-то ее? У вас, что ли, будет жить?
- Вы это о ком говорите? - отвечал мейстер Детмар.
- О ком? Конечно, о Яне.
- И о нем-то вы изволите отзываться с таким пренебрежением? Уж не потому ли, что отец его простой рыбак? Так не забывайте же, что и все ваши ратсгеры на том нажили свои богатства, что отцы их сельдей ловили!
- Ах, я совсем не то хотел сказать! Вы не так меня поняли... Не сердитесь, пожалуйста, за это на меня, господин Детмар.
- Что тут толковать! Ганнеке мне - друг; и кто смеет о нем или о его семействе отзываться непочтительно, тот меня оскорбляет!