Въ первую минуту она поблѣднѣла, какъ смерть, затѣмъ кровь горячею волною вновь залила ея побѣлѣвшее личико. Горе отца мучило ее, и она смотрѣла на него расширенными отъ ужаса глазами. Текла обняла отца и сквозь слезы проговорила:
-- Папа, папа!
-- Моя бѣдная, маленькая Текла, -- простоналъ онъ.-- Ахъ, Боже мой, Боже!
Текла причитала и плача тащила отца за плечо.
-- Встань, встань же, -- уговаривала она его, совершенно обезумѣвъ отъ страха.-- Милый папа, встань, пойдемъ домой.
Наконецъ, онъ всталъ, и она повела его домой. Слезы обильно струились по ихъ лицамъ. Если бы старика спросили въ этотъ моментъ, о чемъ онъ такъ убивается, онъ не могъ бы объяснить въ чемъ дѣло, дѣвочка же и не спрашивала его ни о чемъ.
Они, спотыкаясь черезъ ступеньки, дошли до дверей, крѣпко держась на руки и съ затуманенными отъ слезъ глазами, скрылись за ними. М-ссъ Фишеръ сидѣла на кухнѣ и чистила картофель, но заслышавъ ихъ шаги, стремительно поставила кастрюлю на полъ, схватила свою палку и заковыляла имь навстрѣчу.
-- Ты ушиблась, Текла?-- закричала она ей издали. При видѣ жены, Карлъ инстинктивно смахнулъ слезу и поспѣшно заговорилъ.
-- Да, да, Текла ушибла носъ. Ступай, Текла, -- продолжалъ онъ, выталкивая дочь въ заднюю комнату -- Ступай скорѣй играть, ничего, все заживетъ скоро.
Выдумка отца нисколько не поразила Теклу, она сама готова была увѣровать, что, падая, расшиблась. Она перестала плакатъ и побѣжала въ паркъ, не переставая усиленно тереть глаза кулакомъ.