-- Ну, я ничему не удивлюсь после того, как ускользнули Конде и адмирал. Эти проклятые гугеноты везде имеют друзей, которые предупреждают их об опасности и помогают пробираться такими дорогами, которые не охраняются.
-- Кроме того,-- продолжал новоприбывший,-- получены сведения о восстании гугенотов по всей Гиени { Гиень, или Гюйен (Guyenne),-- историческая область на юго-западе Франции. До XIII в. называлась преимущественно Аквитанией. В 1154--1453 гг. находилась в основном под властью Англии; в 1453 г. воссоединена с Францией. До 1790 г. имела статус провинции (Гиень и Гасконь).}. Сегодня ночью разнесся даже слух, что сенешаль д'Арманьяк собрал там значительные силы. Эти гугеноты растут как грибы по всей Франции.
-- Я слышал,-- сказал один из присутствующих,-- что через несколько часов королева волей-неволей будет на пути в Париж, а сенешаля после турнут как следует. Опасно только одно, как бы королева не вздумала улизнуть обратно к себе в Наварру, а там ее не захватишь среди гор и обожающих ее горцев. Следовало бы ее захватить, и прибудет же наконец приказ двора насчет этого. Хорошо, что она не мужчина, иначе она была бы таким же опасным врагом, как и адмирал. Но хотя она и гугенотка, ее нельзя не уважать. Муж ее был жалок в сравнении с ней...
Филипп вышел на площадь вполне довольный. Вести были прекрасные. Никаких передвижений войск не предполагалось; приказа о захвате королевы еще не было, его только ожидали через несколько часов, а королева тем временем успеет покинуть Нерак. Ни у кого, очевидно, и мысли не было, что королева попытается соединиться с сенешалем. Это показалось Филиппу странным. "Быть может, губернатор догадывается об этом? -- подумал он.-- И втайне послал уже войско, чтобы помешать этому?" Филипп решил еще побыть в городе, чтобы узнать побольше. Три часа бродил он, останавливаясь около винных лавок, прислушиваясь к разговорам солдат и дворян. Нового, однако, он ничего не узнал. Пьер следовал за ним издали, ратников же не было видно,-- они, как он им приказал, очевидно, добывали вести у солдат в винных лавках.
Убедившись, что приказов о каких-либо передвижениях войск еще не было, Филипп уселся перед одной из винных лавок и спросил себе бутылку хорошего вина. Почти тотчас же пятеро дворян заняли соседний столик. Взглянув на них, Филипп едва овладел собой: один из дворян, называвшийся Раулем, был тот самый, который разговаривал с Жаком около Базаса, и теперь он пристально смотрел на Филиппа. Уйти тотчас же -- значило навлечь на себя прямое подозрение, и Филипп продолжал спокойно сидеть, обдумывая, как поступить, если Рауль обратится к нему, а Рауль между тем говорил о нем с сидевшим с ним рядом кузеном.
-- Знаешь ты этого молодого дворянина, Луи? -- спрашивал он.-- Мне почему-то очень знакомо это лицо. Среди соседних дворян ведь нет такого?
-- Не могу сказать, Рауль. Только и мне лицо это знакомо; к тому же оно из таких, которые не скоро забываются.
Рауль присоединился к общему разговору, но вдруг схватил кузена за руку.
-- Знаю, где видел это лицо, это один из тех, которых мы остановили два дня назад близ Базаса.
-- Не может быть, Рауль! Те были...-- Он вдруг остановился.