Прямо перед собой Ляля видит два больших чёрных глаза. Они выглядывают, словно из лесу, из-под густых, кустистых бровей. Ляле щекочет лицо седой лохматый ус.
— Да неужто коськина дочка! — восхищается председатель. — А я твоего папаню вот эдакого, поменьше тебя, знавал… Хорош был паренёк… В люди, конечно, большие вышел, а я пареньком знавал. Ну, ну… — вздыхает он, увидев, что Ляля не улыбается. — Ну, ну… — и быстро ставит её на землю.
— А тощенькая она у вас отчего-то? — говорит председатель бабушке.
— Хворала, — вежливо отвечает мама. — Скарлатина была, с осложнением на оба уха.
Председатель вздыхает.
— Ничего, раздобреет! — решительно отрезает бабушка и выходит из брички.
Все идут в дом.
Хороший дом у бабушки. Не то чтобы большой, но больше всех соседних домов. Стены у него белые, как сахар, и он весь обсажен деревьями. Посреди двора стоит будка, а в будке живёт пёс. Пёс тихонько, но сердито ворчит.
— Молчать, Туз! — на ходу говорит бабушка.
Туз замолкает, а Ляля садится на корточки, вытягивает руку и говорит: