Виниус поклонился толстой шеей, лицо у него было бесстрастное, совершенно спокойное.
— Против иноземцев?
— Против, государь, так!
Петр топнул разутой ногой, волоча башмак, пошел к столу, на котором потрескивали свечи.
— Сговорились? Одно и то же с утра до ночи!
Виниус тоже крикнул:
— Ты вели прочесть, государь, а после ругайся!
И стал читать. Нарышкин, Зотов, Шеин дремали на лавке, клевали носами. Яким Воронин ножиком строгал палку; ножик был тупой, Яким то и дело со скрежетом точил его на железном гвозде.
— Да перестань ты! — вдруг гаркнул царь.
Воронин испуганно спрятал нож, на цыпочках вышел вон.