— Вешки покуда стоят, до шведа. Снять всегда поспеем.
Молча смотрел, как медленно стал погружаться в воду первый струг. Второй потопили рядом. Пока делали эти работы, дважды пришлось посылать матроса к отцу Иоанну, чтобы еще помолился. Поп молился подлиннее. Когда все кончили, Семисадов хриплым басом спросил Иевлева:
— Кончать богослужение-то?
— Пожалуй, что и пора.
— И то заморился батюшка наш.
— Заморился…
Боцман все смотрел на Сильвестра Петровича. Потом сказал тихо:
— Ты будь в спокойствии, господин капитан-командор. Никто не обмолвится. А ежели что почую — сам той собаке язык напрочь оторву. Не шутим нынче…
Дома Иевлева ждал Егор Резен — рассказать, как по-новому расставить пушки на батарее.
— Ставь, ставь, — думая о своем, ответил Сильвестр Петрович.